Книга Только с тобой, страница 28 – Ники Сью

— В один день разлюбила? — Усмехается Игнат, кривя лицом. Его ладони тянутся к моем щекам, и мы вновь оказывается запредельно близко. Мятное дыхание обжигает кожу, а от пристального взгляда по телу пробегает мороз.

— Нет, ты прав. — Шепчу одними губами. Пытаюсь отстраниться, но Богданов не дает. Его рука касается задней части моей шеи, и крепко стягивает кожу.

— В чем дело? — Стальной тон немного пугает, но я понимаю, инойреакции ожидать не было смысла.

— Никогда не любила. Это была ошибка. Я дала шанс себе и тебе, но теперь понимаю, что зря. — Пытаюсь смотреть ровно, но как же хочется отвести взгляд. Рука Игната не отпускает, чувствую себя, загнанной кошкой.

— Поиграть хотела?

— Нет, никогда. Клянусь. Игнат, мне больно, — принимаю очередную попытку отстраниться, но Богданов не дает. Его пальцы, подобно иглам, впились в кожу, не желая отпускать меня.

— Я люблю тебя, Ариш.

— Прости, — шепчу.

— Выброси глупости из головы, — холодно и строго обрушиваются слова на мои плечи. Чувство вины давит на грудь, сжимает и не дает нормально дышать. Но я понимаю, нужно быть сильней. Если я на самом деле, желаю человеку напротив счастья.

— Я не люблю тебя. Отпусти меня, — обхватываю его кисть, в надежде, разорвать эту близость.

— Не отпущу, — шепчет Богданов и силой притягивает мое лицо. Не успеваю увернуться, как его губы накрывают мои. Поцелуй обжигает. Медленно убивает мое нутро. Настойчиво и жестко.

— Игн… — впиваюсь ладошками в грудь Богданова. Мой рот закрыт, однако парня напротив это не останавливает. Он нажимает сильней, будто не понимает, что взять напором, значит сломать человека. А может и наоборот, понимает, поэтому так активно наседает.

Невозможно. Слишком больно. За него. За нас. Невыносимо просто. Почему же раньше не понимала этого. Почему не думала, что поцелуй должен вызывать страсть и желание идти дальше, а не привкус стали на губах.

Откуда-то берутся силы, и я хватаюсь за последнюю надежду, отталкиваю Богданова. Рука тянется вверх, защитная реакция, не иначе. Ударяю ему по лицу. С глаз почему-то начинают скатываться слезы.

— Ариш, — смотрит каким-то чужим взглядом Игнат. Снова тянется ко мне, но я резко поднимаюсь. Ноги дрожат, тело дрожит.

— Не называй меня так. Ненавижу это дурацкое сокращение. Ты должен знать. — Делаю глубокий вдох, сжимая край кофты. — Мой первый поцелуй не принадлежит тебе. Мое сердце не принадлежит тебе. Я та еще сука. Использовала тебя, чтобы начать жизнь с чистого листа. Но так дальше продолжаться не может. В тот момент, когда мы целовались, я поняла это. Не могу, не хочу, не получается. Не хотела тебе этого говорить, но лучше ты будешь знать правду, лучше будешь ненавидеть меня, чем таить надежду.

Богданов опускаетголову. Его задели мои слова. Разбили хрустальный мир, который возводился по крупицам. Но лучше так, чем жизнь во лжи, чем проснуться однажды и осознать, что провел годы не с тем, не с той.

Решаю, что уйти сейчас будет самым правильным решением. Разворачиваюсь, забываю взять розу с лавки, однако это уже не имеет значения. Ухожу прочь, нет, бегу. Не смотрю по сторонам. А людей, как назло, много, загородили дорогу. Идут такие счастливые, такие радостные.

За спиной разлетается голос Игната. Оглядываюсь. Все еще сидит на лавке, на лице полное отсутствие эмоций. Вижу, как он поднимается. Его глаза не выпускают меня из виду. Нет. Не хочу продолжать этот тяжелый разговор.