Книга Дьявол всегда рядом со мной, страница 67 – Ники Сью

На принятия решения уходит пару минут. И за это время мимо меня успевают пройти человек десять, а то больше. Школа же рядом. Уроки закончились. Кто-то из ребят выезжает на велеке, да на такой скорости, что я едва успеваю отскочить в сторону. А вот Соболев не успевает. Мальчишка на двухколесном сбивает его, правда не сильно. Больше пострадал сам, потому что полетел камнем в стоковую яму. Кирилл же лишь присел на землю, но согнулся, видимо ушибы дали о себе знать.

Отбрасываю все сомнения и бегу к нему, к черту гордость. Здоровье важней. Оказавшись рядом, усаживаюсь на корточки и тянусь к Соболеву, подставляя плечо.

— Давай помогу, — беру его за руку, но он резко отталкивает меня.

— Не надо, — сухо отзывается, принципиально не смотрит в мою сторону.

— Тебе же больно.

— А я смотрю, тебе только жалеть меня нравится?

— Что плохого в том, что тебя кто-то жалеет? — Срываюсь на крик, пока Кирилл поднимается кое-как на ноги. Отряхивает черные джинсы, косится в сторону велосипедиста. Тот, кстати, тоже уже вылез с ямы, даже пару слов в качестве извинений кинул.

— Я тебе еще раз повторяю, не надо меня жалеть, — чеканит каждое слово ровно и достаточно громко. Снова этот холод в его глазах, как будто Титаник с айсбергом встретился.

— Хорошо, — развожу руками, устало выдыхая.Не понимаю, почему он злиться. Это мне нужно плеваться огнем, не меня ж трепал красавчик по волосам. — Я просто выполняю свое обещание. Ты прав, слова на ветер бросать не хорошо.

— Можешь не выполнять, разрешаю.

— Обойдусь без твоих разрешений, — огрызаю в ответ. Мы идем медленно и держим дистанцию, однако продолжаем словесную перепалку.

Благо поликлиника рядом, поэтому долго терпеть эту атмосферу взаимной неприязни не приходится. Во дворе чисто, даже урны стоят пустые. Две лавочки напротив взрослого и детского отделения, на которых сидят пару человек. Кругом деревья, только из-за зимы они лысые и сухие. Разве что елка в середине высокая с мощными ветвями, возле которой вальяжно разгуливает полосатый кот.

Мы поднимаемся внутрь, и от запаха таблеток хочется заткнуть нос. Белые стены, начищенные до блеска окна, а в глубине родители с детьми, в ожидании своей очереди. Я подхожу в регистратуру, а Кирилл с недовольной физиономией мнется позади, поглядывая то и дело из-за плеча. Что-то его «я и сам могу» отодвинулось на задний план, стоило нам только переступить порог медицинского учреждения.

Пожилая женщина в больших круглых очках с толстыми линзами пишет что-то в тетрадке, когда я стучусь в окошко. Обычно мама проводит эту процедуру, а я лишь молча жду на стуле, рассматривая плакаты о здоровом образе жизни, висящие на стенах.

— Добрый день, — стараюсь говорить как можно мягче. — Мы первый раз у вас, карточки нет. Можно к терапевту? У нас срочное дело.

— Фамилия как? — С неохотой поднимает голову дама, поправляя очки. Смотрит на меня таким усталым взглядом, будто давно мечтает в отпуск, а ее тут держат на привези.

— Соболев.

— Не склоняется что ли?

— В смысле?

— Марина Николаевна, — кричит она, хотя другая медсестра всего в двух шагах за ее спиной. — Соболева глянь. Адрес-то какой? Лет сколько?

У меня уходит добрых минут пятнадцать, чтобы донести информацию и выбить несчастный талон к терапевту. В итоге, на Кирилла заводят карточку, вписывают все его данные, к счастью, он додумался взять полис. Иначе нас бы точно послали далеко и надолго.