Книга Искры снега, страница 50 – Ники Сью

– Кто мне составит компанию и поможет вытащить вон ту большую акулу? – спросил я заговорщицки. Глаза мелкого тут же вспыхнули огоньком, однако он не спешил утвердительно кивнуть. Глянул осторожно на Риту, словно спрашивая разрешения, и только когда она улыбнулась, потянул меня в сторону игровой зоны.

Мы взяли карточку в кассе, я туда сразу закинул пару тысяч, и отправились вытаскивать игрушку. Изначально пробовал Матвей: он сконцентрировано вглядывался в прозрачное стекло, но, конечно, детская неопытность и сила не давали возможности одержать победу.

– Давай, я попробую? – предложил, замечая потухший взгляд ребенка.

– Давай, только обязательно выиграй, – дал указание мальчишка. Я слышал, как Рита усмехнулась, жаль, не успел увидеть ее улыбку.

Когда зубцы схватили большую голубую акулу, Мот взвизгнул от радости и захлопал в ладоши.

– Тяни! – крикнул он, прыгая рядом.

– Ого, держи ее, – теперь уже поддержала и Марго. Голос девчонки, ее участие в наших маленьких соревнованиях против автомата – все это меня настолько мотивировало, что я сам не понял, как достал игрушку.

– Ура! Рита! Ура! Витя! – Матвей качал головой, топчась на месте, в ожидании потирая ладони, а Рита… она улыбалась. И я залип, замечая теплоту в ее взгляде, ту самую, которую потерял после нашего проклятого выпускного.

– Поздравляю, вы молодцы, – похвалила Романова, когда я вытащил из ящика заветную акулу. Мот обхватил ее, прижимая к себе, словно эта была не дешевая игрушка, а тот самый робот, на которого он положил глаз. Я все больше поражался этому ребенку.

– Предлагаю еще поиграть вон там с машинками и шариками.

– Да! – подхватил мелкий.

В итоге мы обошли все детские автоматы, а их в зале было порядка десяти штук. Сперва играл только Матвей, потом я ему помогал, иногда подключилась и Рита, когда братишка не мог понять, что от него требуется. Мы смеялись, болтали, будто и не было потерянных лет, будто три человека стали настоящей семьей. Я давно не ощущал себя настолько счастливым.

После пошли на фудкорт и набрали разных вкусняшек: картошку, наггетсы, бургеры, мороженое, соки.

– Я оплачу, – сказала Марго, пытаясь опередить меня. Но моя карточка уже лежала на аппарате.

– Ты не обязан, это неправильно, – прошептала она, когда мы отходили от кассы.

– Почему? Я ведь вас пригласил. Ты явно отвыкла от нормальных парней.

– Что? Причем тут это? – она отодвинула стул, Мот уже сидел за столиком, резво махая ногами.

– Крутые ребята не позволяют, чтобы на свиданиях платили девушки.

– Но это не свидание, – возразила Рита, склонив набок голову.

– Это ты так думаешь, – усмехнулся. На табло загорелась наша цифра, и я пошел забирать поднос с едой.

Ели мы долго, вернее, Матвей ел долго: он игрался с куриными палочками, представляя, что они завоёвывают большой бургер. Я подыгрывал ему, а Рита лишь едва слышно хихикала. В какой-то момент показалось, она смотрит на меня, и когда я повернул голову, мы замерли друг на друге, ощущая, как воздух вокруг искрит, становится до ужаса горячим, убивая кислород в легких.

Я думал только о том, какая она стала красивая, и изменился ли вкус ее губ. А о чем думала девочка моего детства, сложно догадаться. Теперь Маргарита была закрытой книгой, в которую практически невозможно заглянуть.