Книга Пепел, страница 62 – Ники Сью

– Нет, я тут недалеко живу, так что… Ален?

– Шестаков… – прошептала сдавленным голосом Алена. Гедуев повернулся, а там, в самом деле, был Витя, только не один, а с какой-то девчонкой. Даже издалека Аким разглядел ее круглые очки и ужасно мешковатые вещи. Он поморщился, такие всегда вызывали отвращение. И нет, дело не в их внешнем виде, а в том, что они запускали себя, очередное движение «люби меня любой».

Гедуев считал, что девчонки должны следить за собой, на то они и девчонки, чтобы выглядеть красиво, чтобы мужчины расплывались под их чарами. Эта же вызывала лишь жалость. Странно, конечно, что Шестаков с ней вышел, хотя, в принципе, ничего странного: Витя любезничал абсолютно со всеми. Казалось, у него нет границ, для него все равны.

– Знаешь ее? – спросил Аким, подмечая про себя, что капитан баскетбольной команды уж больно тепло смотрит на эту невзрачную мышку.

– Нет, – процедила сквозь зубы Смирнова. Взгляд ее некогда яркий, озорной, вдруг погас и сделался мрачным.

– Может…

– Мне пора, увидимся, – бросила Аленка и, не дожидаясь ответа, прыгнула в джип, хлопнув дверью. Вроде ерунда, а ощущение, словно дали пощечину. Аким сам не понял почему, но он сильно разозлился на Шестакова.

Вечером мы с Кирюхой залипли играть в плойку у меня дома.

– Как твоя миссия по спасению мира от грязи? – усмехнулся Иванов, клацая по джойстику. Мы играли в футбол, ели пиццу и болтали о всяком разном.

– Было весело, – с улыбкой отозвался я, вспоминая, как с Ритой убирали спортзал. Я почти перестал на нее злиться и почти захотел задать вопрос, волнующий меня столько лет.

– Да ладно? Не знал, что у тебя со шваброй служебный роман.

– Я с Ритой убирал, мы бегали наперегонки, пока физрук не пришел. Было уматно, – поделился, почему-то захотелось рассказать хоть кому-то, как на сердце хорошо.

– Рита? Что за Рита? Та очкастая?

– Эй, – я ткнул Кира локтем в бок, от чего у него из рук выпал джойстик. – Не называй ее так. Подумаешь, в очках, что здесь такого?

– Ну ладно, Риточка. Как тебе такой варик? – откровенно стебался Иванов, за что получил очередной толчок.

– Она тебе нравится? – не унимался Кирилл. Мы дружили давно, да и в целом секретов особых друг от друга не держали, разве что скелеты из прошлой жизни. Одним из таких как раз было разбитое Ритой Романовой сердце.

Но вопрос все равно напряг: нравилась ли мне Марго, или это было лишь желание насолить, уколоть больней? Откровенно говоря, в последнее время я сам терялся в ответах. Рядом с ней однозначно было тепло, уютно, даже спокойно, как бы странно это не звучало. Правда, ущемленная гордость иногда давала о себе знать, намекая, что женщины обязательно ударят по больному месту дважды.

Мать была ярким примером. Ведь на развод с отцом подала именно она.

– Не знаю, – честно признался, пожав плечами и пиная мячик в игре.

– У Аленки буфера явно получше будут.

– Ты девчонок только по груди оцениваешь, Кир? – усмехнулся я.

– Не-а, – выдал коронную улыбочку друг, забив гол в мои ворота. – Еще и по заднице. Прости, братишка, у твоей Риточки ни того, ни другого. Я бы на твоем месте хорошенько подумал.

– А ты не заглядывайся на ее задницу и грудь, – буркнул, отчего-то раздражаясь. Стало неприятно, что кто-то не то что говорит, думает в подобном контексте. Хотя раньше я за собой такого не замечал. Нет, ревновал девчонок, но, скорее, в шутку.