Книга Больше, чем любовь, страница 81 – Ники Сью

И вот я, одурманенный черт знает чем, в понедельник стал искать глазами в холле Абрамову. Сам не знал для чего, наверное, просто спросить, как дела, не достает ли кто, в особенности мой брат. Я все думал, может поговорить с ним, в конце концов, найти девочку на одну ночь Даве никогда не составляло проблем. А Лина вряд ли согласится, ну а если согласится… меня почему-то раздражала эта мысль, поэтому я отогнал ее прочь.

Вечером, когда сидел у Арта, мы разговорились, и я обмолвился, что Ангелины не было.

— Может, она заболела? — предположил друг.

— Вполне, на вид Лина хиловатая, — пожал я плечами. Мы уплетали сырники у него на кухне. Арт как всегда сделал нечто нереально вкусное: воздушное тесто, внутри малиновая начинка. Одним словом, я бы не отказался есть такое каждый день.

— Позвони ей.

— Что? — я аж поперхнулся чаем. — Зачем?

— Скажи, что сделаешь ее своей девушкой и наденешь на ваше первое свидание голубой спортивный костюм, — Серега закинул в рот сырник, усмехнувшись от своей идеи.

— Если бы я и пошел с ней на свидание, то в рубашке, а не спортивках.

— В рубашке? Тогда нужен пиджак.

— Ага, костюм тройка.

— Неплохо, — кивнул Арт. — Ты уже размышляешь, в чем идти на свиданку. Мне нравится, одобряю. Обещай, что к той самой пойдешь именно в таком приличном виде.

— Боже, ты неисправим, — я отвернулся и засунул в рот еще один сырник.

— Я бы хотел увидеть ее лицо, когда к ней подкатит такой парень. Не забудь цветы, Яр, — продолжал нести глупости Арт. — Это будет твоя легенда, которую обязательно нужно передавать из поколения в поколение.

— Чего? — я выгнул бровь, посмотрев лениво на друга.

— В таких историях живут наши предки. Когда тебя не станет, твой сын будет рассказывать об этом своему сыну, и они будут смеяться. Мы должны создавать такие фрагменты, которые позволят нам жить вечно в воспоминаниях даже тех, кого мы никогда не увидим.

— А может, я не хочу, чтобы обо мне помнили?

— Хочешь, — он улыбнулся, откинув голову к потолку. Из-за сбоя электричества лампа моргнула, и на мгновение мы остались в темноте. Когда свет снова появился, Арт продолжал улыбаться, только теперь в его улыбке читалась горечь. Мне в очередной раз сделалось больно. Это была самая настоящая физическая боль, как от ожога, когда кожа полыхает, и ты безумно хочешь, чтобы жар скорее спал.

Я честно старался не думать, что однажды Арта не станет. Старался жить настоящим и видеть только хорошее. Но порой наступали вот такие моменты, когда не получалось: накатывала невыносимая тоска. Люди каждый день исчезают с карты мира, однако жизнь в округе продолжается. День сменяет ночь, луна сменяет солнце, птицы улетают и возвращаются. А близкого человека больше рядом нет.

Черт… Как же отвратительно, когда ты не в состоянии ничем помочь и что-то изменить. И почему, действительно, замечательные люди должны уходить раньше каких-то уродов? Сколько бы не задавался этим вопросом, никак не мог найти ответов.

— Держи, — Арт протянул мне мобильный, вытащив из грустных мыслей.

Сперва я замешкался, но потом все же взял номер Лины, и тут меня ждал сюрприз. Ее мать начала говорить какие-то нелогичные, до ужаса странные вещи. Будто пересмотрела сериалов и совсем не знает свою дочь.

— Мне жаль ее, — сказал вдруг Арт, когда вызов сбросился. Мы смотрели с ним друг на друга, пребывая в шоке.