Книга Больше, чем любовь, страница 76 – Ники Сью

А чуть позже мать добила меня окончательно: она ворвалась ко мне в комнату, забрала телефон и потребовала дать номер мужчины, с которым я провела ночь.

— Он не мужчина! — поджав дрожащие губы, прошептала я. — Мы друзья! Он учится в моей школе, мам. Почему ты не слышишь меня? Я же твоя дочь!

— Оксанкина дочь тоже так говорила, а что по итогу? Нет, милая. Я сама обожглась в юности, тебе подобной участи никогда не пожелаю, — вот и весь ответ. Про «обожглась» я и сама знала, так мать говорила о своих неудавшихся отношениях с нашим отцом. Они поженились из-за ее беременности, чтобы сохранить “лицо”, чтобы дети не остались без отца, да и ответственности за содеянное никто не отменял. Вот только по итогу мама развелась с папой, а он бесследно пропал, явно радуясь, что скинул кабалу с плеч.

— Завтра я провожу тебя в школу, — перед тем как уйти из моей комнаты, сообщила мама.

— Вы чего тут? — Вадим совершенно неожиданно появился на пороге комнаты, озадаченно переводя взгляд с плачущей меня на мать. — Что случилось?

— А ты где был? — она резко поменяла ориентиры и переключилась на брата. Схватила его за локоть и силой вытащила в коридор. Они ругались. Громко. Кидаясь, грубыми фразами друг в друга. Вадим опять устроил развлечения в школе, ввязался в плохую компанию. В иной раз я бы выскочила и заступилась за брата, но сейчас мне было так плохо, не передать словами. Я чувствовала себя человеком, к чьим ногам привязали балласт и скинули на дно океана. Я тонула… нет… меня медленно топили. Близкие. Сперва Лилька, теперь мать. Кто будет следующим?! И как с этим справиться, я честно непонимала…

Ночью я так разозлилась на Лильку, что вытащила наши совместные детские фотки и порезала их. Хотела удалить ее из друзей в соцсетях, но мама отключила интернет, а телефон не посчитала нужным мне вернуть. Отвратительно.

Утро понедельника тоже не обрадовало. Родительница сдержала обещание: решила проводить меня в школу. Идти с ней я, ясное дело, не собиралась. Но сил спорить не было, поэтому сославшись на больное горло, я попросила отлежаться дома. Мама скосила на меня недовольный взгляд, правда возмущаться не стала и, к моему удивлению, согласилась без разговоров. Да и сама весь день провела в четырех стенах.

Впервые за долгое время она готовила обед и ужин, убиралась, и в целом вела себя как полагается хозяйке. Вечером к нам приехал Юрий, он привез пышный букет роз и пакет с продуктами. Мама с улыбкой на губах полезла к нему обниматься, позабыв о нас с Вадимом, мы как раз сидели за столом. Брат скривился, я же отвернулась. Видимость семьи начинала раздражать.

Мы вчетвером поужинали, хотя у меня аппетита совсем не было. Курица гриль показалась пресной, помидоры безвкусными, а макароны будто с горчинкой.

— Какой чудесный вечер, — сказал Юрий, запивая апельсиновым соком ужин. Он выглядел довольным, как большой хомяк, который утрамбовал в свои щеки много еды. Я в очередной раз задумалась, чем маму привлекают эти мужчины…

— Кстати, — мама повернулась ко мне и вдруг внимательно посмотрела. — Я записала тебя к своему врачу на среду. Съездим после уроков.

— Ты серьёзно? — у меня от услышанного аж вилка из рук выпала. Мне все казалось, мать просто запугивала насчёт гинеколога. Как можно в здравом уме тащить своего ребенка на подобное обследование? Это же она меня растила, вкладывала определенные понятия, а теперь выходит что? Я будто чужачка… Во рту образовался слизкий ком, который я не смогла проглотить.