Книга Больше, чем любовь, страница 6 – Ники Сью

Правда, как следует насладиться его звучанием мне не удалось. В коридоре явно происходил какой-то движ, нервная суматоха. Судя по всему, старшие кого-то искали и планировали вот-вот ворваться в раздевалку.

Яр еще раз оглянулся, его глаза дымчатого цвета будто сделались еще мрачнее, словно в этом парне поселилась промозглая осень. Он резко шагнул на меня, а потом нагло схватил за запястье. Я и рта открыть не успела, как мы оба с ним оказались в двойном шкафчике, который располагалась в дальнем углу раздевалки. Единственный в своем роде, для чего существующий, непонятно. Громов силой запихнул меня внутрь, сам же встал напротив и захлопнул за нами дверцы.

— Ты спятил? — прорычала я, планируя выйти. Однако Ярослав закрыл проход, уперевшись ладонью о железное основание.

— Помолчи, — грубо отозвался он, чуть склонившись надо мной.

— В здании может быть опасно. Да и с какого перепугу я должна молчать?

— Нет никакой опасности, а молчать ты должна, потому что я тебя об этом очень вежливо прошу, — все в том же тоне ответил Громов. Мне захотелось его ударить и желательно с ноги, но тут в раздевалку кто-то вошел. Теперь даже если бы я выскочила, мои действия указали бы скорее на что-то запрещенное, будто я участница спланированнойакции мятежа, нежели жертва, попавшая в шкаф случайно. Вряд ли бы мне кто-то поверил.

Тем более в здании, скорее всего, был не пожар, уж если Громов так говорил, вероятно, и сигнализация, и суматоха его рук дело или дружков с их класса. Все хоккеисты немного отбитые.

— Тут вроде никого, — раздался женский голос.

В темноте я плохо различала силуэт Ярослава, однако в какой-то момент он подвинул руку и случайно задел мое плечо. Воздух вмиг сделался тяжелым, горячим. В нем словно заискрили маленькие огоньки, а может то были огоньки в моей груди. И я видела этому вполне резонное оправдание: полуобнаженный парень со мной в замкнутом пространстве, мы едва знакомы, хотя нет, он вряд ли замечал меня до сегодняшнего дня. Одним словом, крайне абсурдная и нелепая ситуация.

— Эй! — прошипела я. — Ты… — однако договорить не получилось: Яр накрыл мой рот своей ладонью.

Я тактильно ощущала его недовольный взгляд, блуждающий по моему лицу. А уж когда горячее мужское дыхание коснулось моей шее и щек, по венам словно побежала лава. Это граничило с сумасшествием.

Голоса в раздевалке стихли, дверь захлопнулась, и Громов, наконец, убрал руку. Он приоткрыл дверцу шкафа, тайком выглянув наружу, словно какой-то шпион из американского блокбастера, и в этот момент я врезала ему по икроножной части ноги. Он тихо пискнул, но мне было уже плевать. Каков наглец!

Выскочив из шкафа, я вдохнула полной грудью воздух свободы, маленькие помещения все же не мой конек. Яр вышел следом, его взгляд, направленный в мою сторону, напоминал удар, которым отправляют к стенке. Это был взгляд холодного осеннего ветра, готового сорвать крышу с ветхой избушки или разрубить на две части сухую ветку дерева.

— Что? — немного растерянно спросила я. Он реально надеялся, что затащит девушку в шкаф, заткнет ей рот и ему все это добро сойдет с рук? Неужели все парни из хоккейной команды такие самоуверенные?!

Вместо ответа Ярослав лишь театрально закатил глаза. И прежде, чем он вышел прочь, в раздевалку завалился еще один спортивный представитель — Саша Давыдов. Тот самый парень, который подмигнул мне тогда на парковке. Количество хоккеистов на столь мизерной территории было не в мою пользу.