Книга Больше, чем любовь, страница 58 – Ники Сью

Схватив тренчкот с вешалки, я помчалась следом за ним по ступенькам. Нагнала Вадима уже по пути в школу, он учился в лицее, который находился чуть дальше от моего учебного заведения.

— Какого черта ты творишь? — я дернула брата за локоть, но он тут же оттолкнул меня и посмотрел взглядом пугливого зверька.

— Отстань, Лина!

— В смысле отстань?

— Тебя еще не хватало, — прорычал недовольно Вадим. Он сорвался с места, мне пришлось перейти на бег, чтобы догнать брата. Я успела подвернуть ногу, асфальт местами имел не лучшее покрытие. В лодыжке тут же отдала неприятная боль, я сморщилась, но не остановилась. Мимо осталась обшарпанная остановка, краска на основании давно потрескалась, а лавка местами прогнила.

— Стой! — я нагнала Вадима уже на перекрестке. В этот раз мне не удалось схватить его за руку, поэтому я дернула за часть рюкзака. Брат оглянулся, в его взгляде читалось большими буквами: “Иди к черту”, и мне захотелось дать ему подзатыльник.

— Ну что ты от меня хочешь? — взвыл Вадим.

— Запирать людей — это отвратительно. С каких пор ты стал таким придурком?

— Все меняется, — прошептал он себе под нос.

— Но не до такой же степени! Раньше ты был на сторонеслабых!

— Какой в этом резон? — он отвернулся, накинув на голову капюшон от олимпийки. Я не узнавала собственного брата.

— Это весело, — неожиданно рядом с нами раздался звонкий мужской голос. По уличной лестнице позади нас спускался Арт, рядом с ним шел Ярослав. Они как всегда выглядели слишком разными: один до ужаса яркий, другой мрачный. Как черное и красное. Как земля и небо. Арт снял кепку и потрепал себя по волосам, а Громов лениво зевнул, приподняв плечи, будто замерз в кожанке. И тут я вспомнила, что забыла его куртку дома, хотя планировала отдать.

— Чего? Ты же… — глаза брата загорелись огоньками, он мечтал вживую пообщаться с Ярославом. Столько матчей с ним видел, болел за него и Даву, однако сейчас словно одернул себя. Это было не похоже на моего брата.

Арт подошел к нам, следом за ним Громов.

— Быть хорошим — это весело, — повторил Сережа.

— Ага, злодеи обычно дохнуть как мухи, — в типичной манере выдал Яр.

— Очень смешно, — прошептала я, не сводя глаз с Громова. Он пожал плечами, мол, я и не планировал никого веселить, просто озвучил правду.

— Мне на уроки пора, — буркнул Вадим. Брат собирался уже уходить, как Арт продолжил вещать свою теорию о добре и зле.

— Знаешь, быть плохим может и круто, но это как съесть шоколадку или затянуться. Ощущение временное, но вызывающее неприятное привыкание.

— Я не стремлюсь быть плохим, — кинул Вадим через плечо. Казалось, он боялся посмотреть в глаза ребятам, будто стыдился своего поступка.

— Ага, а того парня запер в кладовке по доброте душевной, — напирала я.

— Это не твое дело! — уже более злостно ответил брат. — И ты ничего не знаешь!

— Ну так рассказал бы! — не унималась я. Мы вчетвером перешли дорогу, пропуская старую, натертую до блеска голубую волгу. За рулем сидел пожилой дедушка, кажется, он тихо выругался из-за того, что мы больно медленно передвигались по пешеходному переходу.

— Просто оставь меня в покое! — крикнул Вадим и, больше не говоря ни слова, помчался вперед, явно желая скрыться из моего поля зрения. Сперва я хотела догнать его, а потом плюнула. Потом поговорю.