Книга Больше, чем любовь, страница 118 – Ники Сью

С высоты своего почти двухметрового роста, Яр окинул хмурым взглядом свободный стул, затем обратил внимание на меня. Я сглотнула и поспешила отвернуться, нечего позволять надеждеснова загораться, хватит! Моя бессонница и ночные рыдания итак неплохо сказались не только на внешности, но и на результатах тестов. Русский я точно написала хуже, чем планировала.

Громов ничего мне не сказал, он даже не поздоровался. Молча уселся за моей спиной и просидел так до окончания дурацкого собрания, будто мы с ним совершенно незнакомые люди, между которыми никогда не было близости. Меня откровенно злило его поведение, хотелось подняться и зарядить пощечину, а потом… да, это еще одно глупое желание. Но мои губы так истосковались по губам Ярослава, что я мечтала о поцелуе, который бы заменил вечность.

Дурочка… Ну что за дурочка?!

Все это время кожа на затылке, казалось, горела, словно на неё положили тлеющие угольки. Я несколько раз провела рукой вдоль шеи, однако напряжение никуда не делось.

А как только нам дали отмашку уходить, я подскочила со стула и помчалась прочь из зала. Не хочу его видеть. Просто не хочу!В голове так и застыла картина, как Яр целует в уголок губ эту Соню, как она отвечает ему лаской. Мне сделалось до того тошно, что хотелось завыть в голос.

— Ангелина! — сперва показалось, что мне послышалось. Сознание уже не первый раз играло со мной в злую шутку. Иногда ночью я просыпалась и думала, мы с Яриком до сих пор вместе, уж больно яркие были сны. А потом я вытаскивала телефон из-под подушки, проверяла дату последнего входящего и начинала вытирать слезы, которые катились по щекам.

— Абрамова! — второй раз заставил меня притормозить. Несколько секунд и мой локоть оказался во власти мужских рук. Ярослав заставил посмотреть на него, заставил уголек надежды полыхать ярче. Зачем он это делает?

— Что? Перепутал меня с прекрасной Сонечкой? — женской имя я язвительно выделила. Оно автоматически попало в категорию имен, которые я теперь ненавидела.

— Он тебя достает?

— Кто?

Мы стояли слишком близко. Нотки аромата смородины кружили в воздухе, и я поймала себя на мысли, что ненавижу парфюм Яра, хотя в то же время безумно люблю.

— Войков, кто же еще!

— Не знаю таких, — я вырвала руку, раздраженно поджав губы.

— Это единичный случай? — не унимался Громов. Он скользил по мне взглядом, словно пытался запечатлеть, оставить в воспоминаниях снимок девушки, которая ему небезразлична.

— Я сама за себя могу постоять,Ярослав, — сухо ответила, подняв гордо подбородок. — У тебя есть Сонечка, иди и защищай ее.

— Твою мать! — сорвался на крик Яр, сжав кулаки.

— Что не так? — я тоже повысила тон. Меня много чего раздражало, в частности поведение: то ухожу, то готов за тебя убить.

— Все! Все, мать его, не так! — он сглотнул и отвел взгляд в сторону. Казалось, Яр пытался успокоиться, принять реальность, которая его не устраивала. А еще он все-таки зажег угольки надежды в моем сердце.

— Ярик… — прошептала мягко я, сглотнув женскую гордость. Даже сделала шаг навстречу, потянулась к нему, но Громов повернулся ко мне спиной. Создавать стену между собой и остальным миром он умел, пожалуй, лучше, чем кто-либо.

— Не переживай, больше этот урод к тебе не подойдет, — был дан мне ответ, хотя ни лица, ни глаз Яра я не видела. Сердце предательски сжалось, оно кровоточило, словно в него вонзили осколок.