Книга Ненавижу. Скучаю. Люблю, страница 62 – Ники Сью

— Как?

— Загадывала желание, подняв ладонь к небу. Ты, кстати, что загадала? — Леваков почти шепнул на ушко мне вопрос. Мамочки. Как же близко. Какой томный у него голос. И какое все-таки у него горячее дыхание. А еще парфюм, так бы и вдыхала нотки древесины с примесью лайма.

— Ты не знал, что свои желания раскрывать нельзя, иначе не сбудутся? — я сделала шаг вперед, стараясь вернуть расстояние, между нами. А затем и вовсе начала двигаться по узкой тропинке. Хватит стоять, иначе у меня начнется тахикардия.

— Знал, что, если хочешь пожелать человеку самого-самого, надо записать его имя. В храме как раз можно.

— Да? Не знала.

— Узнаешь. — Судя по голосу, Леваков улыбнулся. Да что уж там, я и сама улыбалась. Место красивое. Парень, от которого сердце екает рядом, что еще нужно для радости девушки? Вот и мне ничего не нужно было. По крайне мере в этот момент.

Дорожка внезапно закончилась, и перед нами предстал маленький храм. Одноэтажный, с белыми стенами, и красной крышей в традиционно китайском стиле с загнутыми кверху углами. У входа располагалась широкая парадная лестница,

Справа от самого храма была построена невысокая белая стена, на которой расположились восемь фигур, похожихна домики. Я таких раньше никогда не видела, поэтому замерла, разглядывая каждую.

— Это ступы, они соответствуют событиям в жизни Будды: рождение, просветление, поворот колеса учения, чудесные деяния, сошествие Тушита на землю с небес, восстановление согласия в Сангхе, совершенная победа и уход в нирвану. — Сообщил монах, заметив мое любопытство. Он был низкого роста, лысый и в длинной кашая, традиционной одежде красно-оранжевого цвета.

— Ой, здравствуйте, — я робко улыбнулась пожилому мужчине, скользнув по нему взглядом. И откуда в нашей местности монахи.

— Добрый день, — Антон тоже поздоровался. Вот кто не удивился, так это он. Вел себя, словно бывал здесь уже раз двадцать. В очередной раз мысленно я отметила, что это подозрительно, однако вслух ничего не сказала.

— Простите, мы ищем Льва Аркадьевича.

— Ох, мне жаль, — с грустью в голосе произнес монах, переводя глаза на Левакова. И почему я не удивилась. Мне вдруг показалось, что писателю кто-то сообщает, и как только мы выдвигаемся, мужчина уезжает. Или еще чего хуже — его вообще в природе не существует. Если второе, будет, конечно, забавно.

— Неуловимый мужик, — хмыкнул Леваков. — Кстати, подскажите, а где у вас можно написать молебен? Раз уж мы все равно здесь.

— Вон там, — улыбнулся монах, показывая на вход в храм.

— Молебен? — только и успела произнести я, как Антон уже скрылся за стенами строения.

— Простите, а Лев Аркадьевич ничего не сказал или может, передал? — я перевела взгляд на монаха.

— Ах, да, — мужчина кивнул. Затем вытащил откуда-то из-за спины клочок бумаги и передал его мне, а там новый адрес. Собственно, это было очень неожиданно в кавычках. Разглядываю будущую дислокацию и сразу соображаю — курортная зона. Притом самый ее пик, если я, верно, поняла расположение.

— Спасибо, — благодарю монаха, и следую по следам Антона. Вхожу в храм и нахожу своего таинственного знакомого возле установленного специального стола и ящичков. Он склонился и что-то пишет, однако, как только я подхожу, переворачивает листок на другую сторону. Видимо секреты раскрывать нельзя иначе не сбудется.