Книга Записки под партами, страница 84 – Ники Сью

Просто замираю, пытаясь отойти от легкого шока. Водитель той легковушки проезжает мимо и в открытое окно орет на меня трехэтажным, но честно, настолько плевать, что не обращаю на него внимание.

Сжимаю руль крепко, перевожу взгляд в сторону кота. Жив ли он там, успел ли пробежать. Жаль отчего-то зверюшку. Глупый, зачем выбегать так под колеса. Хотя кто знает, какие у него были причины. Собираюсь уже поехать дальше, как замечаю знакомую фигуру. Она идет по мосту мрачная такая, одинокая. И какой-то придурок на велике пытается маневрировать мимо пешеходов, орет, кажется, судя по губам, но Тася его не слышит. Сбивает ее с ног, сам слетает с двухколесного и коробка сверху еще. Девчушка падает на мокрый грязный асфальт и вдруг начинает плакать. Парень что-то говорит ей, но не помогает подняться. Хватает свою коробку и снова на велик прыгает.

Смотрю на нее в лобовое стекло, смотрю, как грязными руками растирает слезы по щекам, и сердце выворачивает наизнанку. Все ее обидные фразы и просьбы не помогать больше, забываются вмиг. Выскакиваю из машины, не думаю ни о чем. Просто иду к ней, просто плевать на все, хотя сам пару минут назад тонул в болоте своих эмоций.

Тася плачет, нет, ревет на взрыв, как ребенок маленький. Я даже останавливаюсь буквально в полушаге от нее.Теряюсь и не сразу понимаю, что случилось, где больно, ушиблась, может или это душевная рана. Потом приседаю на колени перед ней, это какой-то внутренний интуитивный поступок, и обхватываю руками хрупкое холодное дрожащее девчачье тельце. Прижимаю к себе, не знаю, как еще успокоить. Глажу легонько по влажным рыжим волосам, а она шмыгает носом, упираясь в мою грудь.

Даниил

Сидим так, минут десять, может больше. Не знаю, что в таких ситуациях обычно делают. Поэтому молча пытаюсь прижать покрепче к себе, может хоть так смогу привести в чувства. Никогда никого не утешал. Хотя нет, было дело, но там другое. Совсем другое.

Пока глажу ее по волосам, начинаю переживать, что она замерзнет. Все-таки моросит ужасно, да и ветер поднялся, а мы на холодном асфальте. Да и крутка у нее какая-то легкая уж очень, заболеет ведь.

— Тась, — решаюсь позвать девчушку по имени и медленно так, очень аккуратно отстраняюсь. Она не сразу отзывается правда, какое-то время все еще тянется обратно к моей груди, видимо не все слезы выплакала. Дышит тяжело так, всхлипывает, дрожит вся.

Беру ее за руку, хотя боюсь, что вырываться будет. Характерная ведь, это я уже понял. Но Тася молчит, совсем никак не реагирует. Ладно, пусть так лучше. Потихоньку помогаю ей подняться, одной рукой поддерживаю за спину, потому что кажется, что она вот-вот упадет.

— Пойдем в машину, — шепчу ей и взгляда не свожу, пытаясь разглядеть хоть какие-то ответные эмоции. А она все молчит и молчит. Будто умерло внутри там все. Начинаю переживать, в голове одна ужасная картинка сменяют другую, и от этого злюсь неимоверно.

Веду ее медленно к машине, не отпуская ни на секунду. Она иногда спотыкается, совсем под ноги не смотрит. Худенькая такая, маленькая, едва до плеч мне достает. Внутри просыпается дикое желание защитить ее, спрятать от всех бурь. Не было никогда такого в моей голове. А самое удивительное, пожалуй, то, что я напрочь позабыл о своих тревогах. Просто смотрю на это рыжее создание и думаю, ну кто вот мог ее обидеть. Она ведь постоянно сдерживается, сильной старается быть. Заметил еще в школе, да и тогда в раздевалке. Выбежала испуганная, но виду старалась не подавать. Любая другая сломалась бы давно, а это со стрежнем внутри, позавидовать могу только ей.