Книга Bad idea, страница 365 – Ана Эспехо

– Вот до какого отчаяния ты меня довела, Льюис! – Хард ставит руки на пояс и смотрит куда себе под ноги, ссутулившись под давлением непосильной ноши.

– Что случилось? – спрашиваю мягко и непринужденно.

Я не могу сказать, что подслушала их разговор с Уиллом. Нужно действовать аккуратно.

– Поболтал с твоим… – Томас резко разворачивается и его лицо искажается гримасой ненависти, а с губ срывается неугодное ему имя, – Уиллом. – Саркастично подергиваетбровями и усмехается какой-то шутке, должно быть внезапно промелькнувшей в его голове. Хард боится и прячет свой страх за безразличием и высокомерностью. Я и бровью не веду, стоя прямо перед ним на расстоянии вытянутой руки.

– Он не мой, – отвечаю спокойно, но с нотками усталости в голосе. Я устала оправдываться. К тому же я ни в чем не виновата. Один невинный ужин не делает из меня предательницу.

– Но очень хочет им стать, – Хард запускает пальцы в волосы и жестко зачесывает назад. Нервничая перекатывается с пятки на носок. – Проклятье! – круто разворачивается на месте, не желая, чтобы я видела его переживания и тревоги.

– Прекрати, Том! Почему я должна тащить из тебя все клещами? О чем вы говорили? – несмотря на то, что разговор дословно известен, мне было интересно как Хард интерпретирует неприятную беседу.

– О тебе, – медленно оборачивается и в нерешительности смотрит на меня из-за плеча, пока не находит сил взглянуть в глаза. – И о твоей постоянной боли, причина которой во мне. Я довел тебя до этого состояния и как бы сильно я не хотел соглашаться с этим… – Тома передергивает от мерзости и отвращения снова произнести имя парня, рискнувшего провести со мной время. – Он прав.

– Том, мы же проходили это и во всем разобрались. Разве нет? – сердце в груди застывает, но я отчетливо слышу, как шарашит пульс в ушах, отчего даже вены стучат на шее. Хард в действительности обдумывает слова Уилла?

– Мне не хватило ни смелости, ни сил, чтобы окончательно расстаться с тобой, Майя, – карие глаза, сверкающие тревогой, пытливо смотрят мне прямо в душу. – Мозгами я понимаю, что давно должен отпустить тебя и хуже меня в твоей жизни человека не будет. Но этот ноющий кусок плоти, – Том остервенело потирает ладонью грудь, защищая и оберегая свою любовь ко мне, спрятанную глубоко внутри, – причиняет неимоверную боль, стоит мне только представить свою жизнь без тебя.

Цепляюсь за деревянный стол, чтобы не согнуться под натиском чувств как неокрепшее молодое деревце и поджимаю губы, ощущая соленый привкус.

– Если бы я сделал это, – у Харда язык не поворачивается назвать вещи своими именами, – это был бы мой самый правильный поступок за всю жизнь.

– Нет! – кажется, что от разрываемой боли в области сердца я закричала, но мое несогласие звучит тихо и жалко,не способное вразумить Томаса. – Хочешь утопить меня в горе, Хард? – злость сильнее боли и презрения в моем тоне достаточно, чтобы кареглазый губитель сердца моего наконец-то обратил на меня внимание и увидел.

– Ты заслуживаешь кого-то получше, чем я, Майя, – он отводит взгляд и часто моргает, старательно скрывая слёзы.

– Мне не нужен кто-то другой. Мне нужен ты, Хард, – в порыве ярости готова вцепиться в его милые кудряшки и хорошенько встряхнуть. – Наши отношения тяжелые, изматывающие и возможно даже неправильные, об этом нам скажет любой психолог, но я не хочу других, – на эмоциональном выбросе топаю ногой, вызывая у Томаса угловатую ухмылку. – Ты же не собираешься прислушиваться к нему, ведь правда, Том? – Пожалуйста, ответь мне! – Ты никого не слушаешь, Хард!