Книга Bad idea, страница 338 – Ана Эспехо

– Признай уже что ты просто бесишься! – поворачиваю голову на звук её отравляющего, высокомерного тона, который она использует всегда, предвидя свою победу. – Впервые в жизни тебя трахнула девушка, а не наоборот. И тебе понравилось, – она соблазнительно кусает нижнюю губу, заставляя меня вспомнить прошлую ночь и прикосновение её влажного ротика к моему пульсирующему члену, что прямо сейчас изнывает и рвется из штанов. Маленькаядрянь!

– Извинений ты все равно не получишь, – с ехидством выплёвываю эти слова, сохраняя злорадную улыбочку на губах, игнорируя сердце, изливающееся кровью от очередной нанесенной боли самому любимому моему человечку. Это происходит на автомате: Майя выходит из себя и выпускает наружу всё, что так давно копилось в её душе, а я просто делаю ей больно, потому что могу и эта власть, когда от одного твоего слова зависит жизнь другого человека опьяняет, пугает и одновременно сводит с ума. Боль за болью. Обида за обидой. Кредо наших отношений.

– Ты мудак, Хард! – Майя налетает на меня с кулаками, едва не сшибая с ног и обрушивает на меня частые удары своих маленьких кулачков. Она размахивает ими и несколько ударов приходятся точно в цель в область живота и плеч. Льюис толкает меня в грудь и светится от счастья, когда я почти валюсь с ног под мощным натиском её злости. Мне остается только уворачиваться от ударов этой девчонки и выступать в роли боксерской груши, которую она от души может отколошматить и выпустить пар.

– Ты не заслуживаешь меня! – массивный толчок в грудь, и я оступаюсь, и заваливаюсь назад. – Не ценишь! – несколько тяжелых ударов приходятся в мои плечи. – Не уважаешь! Берешь то что по-твоему принадлежит тебе, но я не принадлежу тебе, Хард! – с этими словами Майя набрасывается на меня и валит на пол, забираясь сверху и сокрушая меня как главного врага её исковерканной жизни, нелепыми, девчачьими ударами невпопад. Её длинные растрепанные волосы торчат в разные стороны, а сама она краснеет от натуги. Я позволяю ей делать со мной всё, что Льюис хочет, лежа на холодном полу под давлением её хрупкого тела, которое я так люблю.

Майя сдувает непослушные пряди со лба и обсматривает меня удовлетворенным взглядом победителя в жесточайшем бою. Она слезает и ложится рядом со мной и отрывисто дышит. Несколько минут мы лежим в молчании: запал Льюис иссяк и будь у нее возможность, она бы просто испепелила бы меня одним взглядом, чтобы не тратить на разборки со мной столько времени; я смиренно ожидаю исхода нашей войны – она либо помилует меня, либо окончательно уничтожит.

– Я так устала, Хард, – Майя закрывает лицо ладонями, пряча от меня свои прекрасные глаза, снова вынужденные плакать… из-за меня. У меня сжимается сердце от страха и боли, и во всеглаза я смотрю на свою малышку, которая лежит рядом со мной, но одновременно недосягаема для меня.

– Отношения не могут быть такими сложными. У всего есть свои трудности, но отношения с тобой – это препятствия, которые я преодолеваю каждый день, – стон отчаяния срывается с её губ, и Майя резко садится, заставляя меня вздрогнуть от испуга. Мысленно я готов к самому худшему, но где-то внутри меня теплится надежда на лучший исход.

– Ты единственный человек, который знает историю моей жизни. Знаешь сколько боли я пережила и вместо того, чтобы помочь залечить её, добавляешь новой! – Майя судорожно всхлипывая, окончательно устав скрывать свои настоящие чувства рядом со мной, а это только слёзы и вечная боль. – Ты всё обо мне знаешь. Я даже нашла в себе силы и рассказала тебе о маме, хотя поклялась, что никогда больше не затрону эту тему во избежание очередных страданий.