Книга Bad idea, страница 29 – Ана Эспехо

– У меня мало опыта в этом…– живот снова начинает дрожать и Том еще сильнее надавливает рукой.

– У тебя его вообще нет! – он рявкает, выпускает мои руки и без лишних слов опускается на колени.

– Что ты делаешь? – Игнорируя мой вопрос, Томас поднимает мою правую ногу, упирая в край постели. И я вдруг абсолютно открыта и обнажена в глазах этого парня. Дискомфорт и чувство стыда парализуют, и я с трудом дышу, исподлобья наблюдая, за копной жестких кудряшек у меня между ног. Волосы Харда щекочут низ живота, и я глупо посмеиваюсь. А потом я чувствую тепло влажного языка британца на своем клиторе и меня встряхивает. Я сгибаюсь пополам с застрявшем стоном в груди. Желание оттолкнуть Тома, избавившись от столь интимных и ярких ощущений, и одновременно ближе притянуть его к себе, не позволяя его рту прекращать эти безумные ласки, перемешиваются. Горячее возбуждение стекает по бедрам и Хард переключает свое внимание, слизывая липкие капли с напряженной и сверхчувственной кожи на внутренней стороне бедра.

– Теперь ты готова, – оставаясь на коленях, Томас смотрит на меня снизу вверх, облизывая свои, блестящие от моей влаги, губы.

Самовлюбленный говнюк поднимается на ноги. Хватает меня за талию и развернув на месте в сторону кровати, подталкивает к постели.

– Подожди, – дыхание сбивается, и я испуганно смотрю в карие омуты парня, которому отдаю своё тело ради одного тупого выигрыша в споре. На мгновение мне кажется, что я не готова и это ужасно глупая и необдуманная затея, но я сама была инициатором и о последствиях не задумывалась. В лучшем случае,мне просто не понравится, но первый опыт случится. В худшем, я буду эмоционально уничтожена. И винить будет некого. Только себя.

– Что? – Хард сдержанно реагирует на мой панический страх быть использованной, и я задумываюсь о том, сколько таких девушек как я было на моем месте?

Я перевожу дыхание и опускаю глаза. Обнаженный торс брюнета действует успокаивающе и вызывает улыбку на губах. Кончиками пальцев прикасаюсь к телу Харда, очерчивая кубики пресса. Они смешно и хаотично подрагивают от приятных и воздушных касаний.

– Что ты делаешь? – пропускаю вопрос британца мимо ушей, и раздраженный моей вседозволенностью он шумно втягивает воздух через нос.

Изучая тело Харда, кладу ладонь ему на грудь и разглаживаю его кожу без единого изъяна. Трогаю выступающие ключицы и одновременно спускаюсь по рукам Томаса, задерживая своё путешествие и уделяя больше внимания ладоням парня. На тыльной стороне проступают полосы вен и большим пальцем я разглаживаю их, чувствуя, что они слегка набухшие. Хард стоит неподвижной статуей, и только вздымающая грудь свидетельствует о его присутствие. Он следит за моими движениями, двигая глазами из стороны в сторону.

Моё обнажение перед Хардом больше не имеет значения. Оно не существенно. И даже естественно. Состояние Томаса отличается от моего: он собран и напряжен. Вздрагивает от каждого моего прикосновения и готов сорваться, лишь бы защитить своё личное пространство, в которое я вторгаюсь.

– Тебе не нравится? – он обескураженно моргает. – Или я делаю что-то не так? – Мои вопросы сбивают Харда с толку. Не думаю, что его бывшие пассии интересовались его чувствами и ощущениями. Быстрый перепихон не подразумевает разговора о чувствах и эмоциональной основы.