Книга Бывшие. Лада с «прицепом», страница 40 – Елена Грасс

На несколько месяцев на аренду небольшой однушки или комнаты у меня деньги есть. Моя подруга Наташа одолжила мне денег для расчёта с риелтором.

Алиса в саду на пару часов, а я устроюсь на подработку куда-нибудь. Выкручусь.

Карты все заблокированы, отец и об этом позаботился. Они привязаны к его компании, и сделать такую подлость ему не составит труда.

На завтра договорилась о встрече с риелтором.

Основная масса наших общих с мужем друзей не поняли моего поведения, считая, что я «бешусь с жиру», но объясняться с каждым нет ни желания, ни настроение.

Да и должна ли?

Пытаясь занять свои руки и мысли, замешиваю тесто. Хочу испечь рулет с ягодами, который так любил моя дочь. Алиса, играя с тестом, отвлекает от грустных мыслей и заставляет улыбаться.

«Мама» высвечивается на телефоне.

— Доченька, здравствуй.

Моя мамочка всегда такая нежная и ласковая. Вообще не представляю, почему отец не ценит её характер, ведь она тот самый редкий вид женщины в современном мире, которая со своим партнёром и в огонь, и в воду, ни разу не упрекнув ни в чём, даже если её что-то не устраивает.

— Привет, мамуль.

Мама предлагает приехать и погулять с Алисой, чтобы я могла отдохнуть и развеется, но на самом деле, уверена, причина её приезда к нам не в отдыхе и не в том, что она соскучилась по внучке.

Мама будет упрашивать меня одуматься и не совершать опрометчивых поступков, которые могут отрицательно сыграть для репутации отца.

Отказываюсь от предложения мамы погулять с Алисой, потому что не хочу иметь свободные минуты для мыслей. Я начну думать, анализировать наш разговор со Смирновым, вспоминать его мимолётное удивление, которое было не скрыть, когда я сказала ему про деньги.

Он был зол, но вероятнее из-за того, что отец мне в этом признался.

— Приезжай когда хочешь. Мы как раз с Алисой собираемся испечь пирог с ягодами.

Она сидит сейчас возле и пытается казаться безразличной к той ситуации, которая происходиту меня, но я чувствую, как она хочет поговорить.

— Папа мне сказал, что ты хочешь развестись с Ильёй, — уложив Алису, тихонько закрывает дверь в детскую и садится напротив.

— Ты для этого приехала? Об этом хочешь поговорить? — улыбаюсь, разливая чай по чашкам. — Осторожно, горячий.

— Да. И об этом тоже, — кивает, — Лада, — мнётся, — может… не надо принимать таких быстрых решений? У вас же дочь, — кивает в сторону детской комнаты, напоминая, что прежде всего я должна думать о ней.

— Ты потому столько времени с отцом жила, что обо мне думала? — спрашиваю её откровенно.

— Лада, ты зря так к отцу относишься. На ситуацию надо смотреть с разных сторон, а не как ты — категорично только в своём интересе. И не говори ерунды, что я терпела его только из-за тебя. Я люблю твоего отца, даже несмотря на то, что у него очень тяжёлый характер и он сложный человек.

— Мамочка, — встаю из-за стола, подхожу и нежно обнимаю её за плечи, — не обманывайся. Ты его не любишь. Ты его боишься. Ты привыкла. Ты благодарна за меня. За мать свою. За то, что он помог тебе в очень сложный период жизни. Как угодно называй это чувство, но это не любовь!

— Лада, пожалуйста, прекрати… — убирает мои руки.

— А что, правда не нравится? Это же какая-то… бесхребетность. Даже ради благодарности, нельзя терпеть его самодурства, — тихим голосом говорю ей, вспоминая наше прошлое, где он не раз скрывался на крик и оскорбления. — А насчёт меня если говорить, я поняла, что не люблю Илью. Выйдя замуж за него, я совершила ошибку. Пока я молода, у меня появилась возможность её исправить. Этого достаточно, чтобы принять моё решение и поддержать?