Книга Чужие грехи, страница 30 – Елена Грасс

«А ребёнок этот, ты уверена, что мой?» Выбивает десять из десяти. Соревнования, ей-Богу, одним простым вопросом! И ты победил, хотя я с тобой не соревновалась. Я просто влюбилась, искала поддержки, опоры и защиты в этом жестоком мире.

Когда тест показал две полоски растерялась, ведь мы предохранялись. То, что происходило между нами, все эти дни и недели это было безумием, сносило голову от кайфа, я в нём растворялась. Но в вопросе предохранения никогда не теряла голову. Понимала, что дети сейчас не самый лучший вариант развития событий в наших отношениях. Да думать даже смешно! Но, видимо, что-то со мной не сработало, раз во мне живёт новый человек. Чудо! По-другому объяснить я не могу.

В воспоминаниях его реакции моя кожа мгновенно покрывается мурашками. Земля уходит из-под ног в тот момент, а он спокоен, совершенно спокоен, ни один мускул на лице не дрогнул. Как будто я сказала ему, что я приготовила борщ и приглашаю обедать.

Тогда меня бросило сначала в жар, как в парилке, а потом в холод, как в снег.

— Теперь слёзы будешь передо мной лить? И ребёнок этот, ты уверена, что он мой? — уничтожил меня.

Бешеный стук моего сердца надрывом отдаётся в ушах, в голове гудит.

Слёзы ещё сдерживаю, но колокол в голове бьёт набатом, что в любую секунду начнётся банальная женская истерика. Хочу говорить что-то в ответ на его страшные слова, но комом в горле застывают фразы, умом понимаю, что не надо ничего говорить. И на удивление защищаться мне совсем не хочется, противно. Поднимаю голову вверх, не реветь, не позориться! Молча одеваюсь, дрожащими руками кое-как застёгиваю пуговицы на платье и ухожу, навсегда захлопывая дверь за собой.

Сейчас мне необходимо добраться до дома, там моя крепость. Только бы мама на работе была, при ней разревусь, знаю. Эх, всё-таки дома.

Запираюсь в ванной, облокачиваюсь на раковину, смотрю в зеркало и так мне становится жалко себя. Начинаю плакать, тихо, чтоб мама не слышала, но потом меня прорывает. Пытаюсь ладонью закрыть рот, но всхлипы просто дикими рыками вырываются.

Трясущимися руками вынимаю телефон и начинаю читать про противозачаточные таблетки: «Даже один день пропуска весьма критичен и в значительной степени повышает риск наступления незапланированной беременности. В подобном случае яичники женщины начинают функционировать в привычном режиме, а значит, начнут вырабатывать полноценные яйцеклетки, готовые к оплодотворению».

— Даша, дочка, открой, пожалуйста! — мама стучит в дверь сначала ладошкой, потом кулаком. — Милая, что случилось? Как признаться маме о такой ситуации? Мало того что у нас долгов куча, мало того, что мы потеряем нашу квартиру, я дополнительным вагоном — беременная.

В двадцать — то лет! Будущая мать-одиночка. Я даже думать не буду на тему каких-либо кардинальных мер по отношению к этому чуду. Дура, понимаю, но убить человека не смогу. Тем более, моего самого родного человека — ребёнка.

— Что случилось, Даша? Ты что, плохо себя чувствуешь? Тебя кто-то в кафе обидел?

— Всё в порядке, — пытаюсь через дверь выдавить ей столь нужные слова.

— Не ври мне, я слышу, как ты плачешь. Дочь, не пугай меня! Хватит мне и так всего, что происходит! Даша, немедленно открывай!

— Ладно, — я вышла из ванны, — всё равно узнаешь скоро. Я беременная.