Книга Защити меня от… себя!, страница 88 – Елена Грасс

Теперь самое важное для меня не я сам, а чтобы она вернулась к нашей дочери. Пусть даже если при этом будет смотреть на меня с холодом в глазах. Пусть даже если в её сердце для меня нет больше места.

Я не буду больше назойлив, если она скажет твёрдое «нет» нашему совместному будущему. Не потому, что разлюбил, а потому что боюсь за её здоровье.

Она и дочь — пожалуй, две мои самые большие любви в этой жизни теперь. Но если дочери я могу открыто показывать свою любовь, с Наташей всё иначе.

Я осторожно поправляю одеяльце, чтобы малышке не было холодно и шепчу:

— Спи, крошка. Папа рядом. И будет рядом всегда. Что бы ни случилось.

Моя сестра и мама докупили всё необходимое.

Раньше я успел обустроить комнату для дочери и в родительском доме.

Туда же мне был куплен диван, потому что в мои планы входило находиться с ней постоянно.

Работа ушла на задний план, я предпочёл кормить свою дочь сам.

Естественно, не грудью, она была искусственницей. Ничего другого я всё равно ей предложить не могу.

Её мать в больнице, и что будет дальше — полная неизвестность.

Изо дня в день, каждые три часа, как расписал мне сначала неонатолог, потом педиатр, я кормлю мою принцессу смесью.

Каждодневный круговорот еды и памперсов.

Но я сам выбрал этот путь и не сомневаюсь ни на минуту, что он правильный.

— Влад, отдохни, ты и так постоянно всё сам. Давай хоть мы поможем, и я пару ночейподежурю.

— Нет, я сам!

— Влад, я слышу иногда, что ты словно разговариваешь с Наташей. Мне кажется, ты слишком устал.

— Не волнуйся за моё психическое здоровье, Лик. — Она, видимо, думает, что я сошёл с ума. — Я просто загадал… Я зову её, разговариваю с ней. Я уверен, чувствую: вот-вот, и она услышит. Она просто обязана услышать меня и нашу дочь. Мне сейчас нужно во что-то верить.

— А ты её зовёшь? — вижу, как по щеке сестры скатывается слеза.

— Каждый день, сестрёнка, каждый день.

— Значит, она обязательно к вам вернётся. Так что с именем? Почему ты до сих пор не придумал имя своей малышке?

— С именем сложно. Может быть, Наташа как-то её уже назвала, разговаривала с ней, обращалась, а здесь я с другим именем. Мы просто не успели обсудить даже этот момент.

— Ладно, раз отвергаешь мою помощь, я пойду.

— Лика, не обижайся на меня. Мы, наверное, доставляем вам неудобства? Как только Наташа придёт в себя, мы съедем.

— Но за это ты вообще можешь не волноваться, — отмахивается сестра, — живите вы здесь с нами хоть всю жизнь. Места хватит всем. Если не хватит, достроимся.

— А зачем, если через десять минут от вас мои хоромы. Просто мне сейчас одному с дочкой… туго. Но я не о физическом. О душе. Лучше среди своих, рядом с людьми.

— Конечно! И прекрати оправдываться. Живите столько, сколько нужно.

Благодарен родителям и семье сестры, за то, что они поддержали меня в трудную минуту. Всё это время они стараются взять бизнес на себя, не отвлекая меня на рабочие вопросы.

Да и какой я сейчас директор, если я живу от кормления до кормления.

Все словно сплотились, активизировались, стали единой командой, механизмом, где у каждого своя роль, и где каждый эту роль выполняет очень результативно.

— Здравствуйте, — отвечаю на звонок из больницы.

— Владислав Александрович, вам необходимо срочно приехать. Вашу жену снимают с искусственной вентиляции лёгких.