Книга Диагноз: Измена. Лечение: Развод, страница 24 – Елена Грасс

– Добрый день, Максим Альбертович, – её губы растягиваются в сладкой, ядовитой улыбке, когда она открывает передо мной дверь.

Голос звучит слишком слащаво, слишком игриво, будто она уже знает, зачем я здесь. Догадываюсь, всматриваясь в её лицо: её это явно развлекает.

– Какими судьбами в моих краях? Передумали меня увольнять и приехали сказать мне об этом лично? Извиниться, так сказать, за неправильно принятое решение?

Она опирается о косяк двери, расслабленно скрещивает руки на груди. Халат её распахнут, но Петрова даже не пытается прикрыться, будто специально дразнит.

Её взгляд скользит по мне медленно, нагло, как будто я не начальник, а просто очередной дурак, которого можно развести на глупости, раскинув передо мной полы своего халата.

В поведении и глазах привычная игра, отработанный на других флирт, которым она, кстати, и покорила бывшего заведующего этого отделения.

С ним сработало, видимо, думает, что и со мной сработает тоже.

Чувствую, как опять волнагнева поднимается во мне, но делаю глубокий вдох, не позволяя эмоциям вылезти наружу.

– Зайдёте? – томно протягивает она.

– Нет. А то потом ещё придумаешь, что я приходил к тебе как к своей любовнице.

Её брови взлетают вверх, губы складываются в очередную ехидную улыбку.

– Я ваша любовница? Ну у вас и фантазия! – почти присвистывает она, притворно-шокированным тоном. – Ничего себе! А может… – на пару секунд замолкает, – может, это просто ваши сокровенные мечты, а, Максим Альбертович? Хотите, можем их осуществить...

– Хватит, у меня нет времени на твои игры. Говори правду, – сквозь зубы выдавливаю я.– Ты понимаешь, о чём я.

– Нет, я не понимаю, о чём вы, – равнодушно пожимает плечами. – Какую правду?

– О том, что ты, украв мои часы, расспросив у коллег о моей семье, выучив моё расписание, переодевшись в плащ размера больше своего, напялив парик, притворившись беременной, припёрлась к моей жене и заявила, что ты моя любовница, и ребёнок, которого ты носишь – мой.

На её лице теперь мелькает торжество. Такой быстрый, едва уловимый проблеск удовольствия, который скрыть почти невозможно. Но уже в следующее мгновение снова маска непонимания и удивления.

– Не понимаю, о чём вы, – настаивает на прежнем.

– Петрова, не рой другому яму! Особенно таким, как я. Сама в неё попадёшь. А я помогу, без всякого сомнения.

Я шагаю ближе к ней, а она, понимая, что я не шучу, инстинктивно отступает на полшага назад.

– Ты решила играть со мной? Хорошо. Но помни, я отвечу. Только я не стану, как ты мстить из-за угла, исподтишка, под чужим именем и лицом. Я сделаю это открыто. И поверь, тебе это не понравится.

– Ой ли? И что вы мне сделаете? – она ухмыляется не стесняясь.

– Ну, мне даже никакой сложной спецоперации, типа твоей, не понадобится разрабатывать. Всё проще, легче и… гораздо быстрее.

– Уже боюсь!

– Правильно, бойся! – делаю паузу посолиднее, подольше.

Пусть погадает, что я придумал. Только хватит ли мозгов?

– Хорошо, – вздыхаю, делая вид, что мне искренне жаль. – Раз не понимаешь по-доброму, значит, будет по-плохому.

Медленно, почти театрально, достаю из внутреннего кармана две ампулы. Стекло блестит под светом лампочек в подъезде.

Для неё,человека, знающего название лекарств этикетки с маркировкой узнаваемы с первого взгляда. Уверен, она точно помнит, то такие идут под строгий учёт, и потеря хоть одной такой ампулы сулит огромные неприятности, вплоть до уголовного срока.