Книга Диагноз: Измена. Лечение: Развод, страница 13 – Елена Грасс

И жизнь действительно, словно заиграла новыми красками.

Они все были правы. А я нет. И я готова была это признать.

Кажется, даже дышать стало легче.

Дочь сегодня на дневной сон уснула очень быстро.

Я даже растерялась, признаю. Обычно чтобы её уложить, нужно провести целый ритуал. Но сегодня удача на моей стороне.

Пользуясь моментом, хочу прилечь рядом и поспать с ней. Но едва начинаю проваливаться в сон, как слышу стук в дверь.

Прислушиваюсь. Может, показалось? Но через мгновение стук повторился, уже громче, настойчивее.

Боясь разбудить дочь, я быстро встаю и босиком бегу к двери. Даже не спросив «Кто там?», открываю.

Передо мной стоит девушка. Высокая, стройная, с распущенными тёмными волосами.

– Здравствуйте. Вы к кому?

– Я к вам, – она смотрит на меня пристально, почти изучающе.

– Ко мне? – удивляюсь, потому что я её не знаю.

– Да, – её голос спокоен, дружелюбен. – Позволите войти? Я по личному вопросу и не хотелось бы говорить в подъезде, – оглядывается по сторонам.

– Личному? – снова не понимаю.

Кивает.

Странно. Какие у нас с ней могут быть «личные вопросы», если я вижу её впервые?

– Ну, проходите в коридор, – неуверенно приглашаю её. – Только тихо, у меня ребёнок спит.

– Я знаю про вашу дочь.

– Откуда?

– Меня зовут Ксения, – игнорирует мой вопрос.

– А меня…

– И как вас зовут, я тоже знаю, Полина. Я много про вас знаю. Вы жена Макса.

– Не понимаю…

– Не волнуйтесь. Совсем скоро всё станет ясно.

….. (Друзья, чтобы не повторять текст, встреча в прологеЗДЕСЬ)

После того как она ушла, дальше делаю всё на автомате.

Руки сами режут овощи для супа – ровные ломтики моркови, квадратики картошки.

По моим ощущениям было так, будто кто-то другой управлял моими движениями.Они же, эти чужие руки, позднее играли с дочкой, кормили её, будто я была не матерью, а просто механизмом, запрограммированным на движение.

Телевизор бубнил что-то в фоне – бесконечный сериал, серия за серией, одни и те же лица, одни и те же слова. Я даже не следила за сюжетом. Мне было важно только одно: лишь бы не тишина.

Надо же, а буквально недавно я так ей радовалась, а теперь боюсь.

Слоняюсь из кухни в комнату, из комнаты в коридор, и каждый шаг отдаётся в висках тяжёлым, глухим стуком.

Замкнутое пространство и так давило на меня последнее время, а теперь оно давит даже сильнее, чем усталость. Сильнее, чем бессонные ночи.

Оно вытягивает из меня последние силы, оставляя только пустоту.

Узнав о нём столько подробностей, я совершенно точно понимаю, что наши жизни не будут прежними. Пока я не знаю, что я скажу ему. Но молчать совершенно точно не стану.

Мне надо подготовить вопросы, но мысли путаются, как спутанные нитки в игре у кошки с клубком.

Мозг отказывается формировать нормальные, логичные, связные фразы, и есть только обрывки, не позволяющие сразу одним махом, показать ему, что я владею полной информацией о его тайной жизни.

Например, можно сказать: приходила твоя любовница. Это будет слишком прямо.

Или так: я всё знаю о вас. Но это будет слишком расплывчато и никакой конкретики.

А мне хочется что-то такое сказать, чтобы сразу у него из-под ног почву выбить, и он быстро собраться не смог.

Моя подруга, кстати, которая недавно плакала у меня на плече, долго собирала доказательства неверности своего мужа.

Выслеживала, проверяла телефон, ловила взгляды, искала следы помады на воротнике. Недели сомнений, недели боли.