Книга Гламурная няня для селяночки, страница 31 – Юлия Ильская

– Я их…

Иван проводит ладонью по горлу.

– Тише ты, – я делаю большие глаза, заметив, что Ева с интересом прислушивается. – Ты с ума сошёл?

– Я шучу, – Иван устало присаживается на край кровати, – денег дал. Много. Юрист кстати оказался, он отказную заверил тут же. Теперь по документам у Евы нет матери.

– Ма-ма, – вдруг слышим тонкий неровный голосок.

Я зажимаю рот рукой, чтобы не закричать от счастья.

Иван замирает, вопросительно глядя на меня широко раскрытыми глазами. Мол, не показалось ли ему.? Я осторожно киваю.

– Что, солнышко? – спокойноспрашивает он Еву. В ожидании я напряглась так, что каждая мышца тела деревенеет.

– Ма-ма! – уже увереннее и громче говорит Ева.

Она спрыгивает с колен отца, шлепая босыми ножками, подбегает ко мне. Берет за руку, тянет, я сажусь рядом с ней на пол.

– Мама! – говорит она мне и крепко обнимает за шею.

Я осторожно обнимаю её и прижимаю к себе, из моих глаз ручьём текут слезы радости и безграничного, всепоглощающего чувства любви.

– Милая моя, солнышко, цветочек мой, – говорю я, захлебываясь в слезах, – доченька…

– Ну что ж, процесс пошёл. Думаю, девочка не перестанет разговаривать. Только крайне необходимо оберегать её от стрессов, потому что стресс запустил речь. Но он также может её и остановить, – говорит седовласый доктор. Мы сидим у него в кабинете все вместе: Ева, я и Иван.

Ева категорически отказалась со мной расставаться, и мы с ней так и спали прошлой ночью на моей кровати. С Иваном она тоже отказалась расставаться, поэтому мы постелили великану на полу. Так и переночевали. А утром сразу поехали в город, в клинику, где наблюдается малышка.

– Доктор, может быть, ей перестать ходить в садик? Может, у неё там нехорошие воспоминания? – спрашивает Иван.

– Если она не боится ходить в садик, то пусть ходит, ей полезно общаться с другими детьми, – говорит врач.

– Ева, будешь ходить в садик? – спрашиваю я малышку.

– Да, – серьёзно кивает она.

– Я работаю в садике, я присмотрю за ней, – поясняю я.

– Тем более, если рядом с мамочкой, то не думаю, что ей это повредит. Но если заметите изменения в худшую сторону и девочка начнет замыкаться, то сразу ко мне.

– Я не… – я хочу сказать, что я не мама Евы, но Иван перебивает меня.

– Хорошо, мы поняли, – он поднимается со стула. – Пойдёмте, девчонки, нас ждет зоопарк!

Вдоволь нагулявшись по большому городу, наевшись мороженого, мы возвращаемся в родную деревню. Ева, утомленная дорогой, засыпает в детском кресле, я сижу рядом с ней на заднем сиденье и задумчиво смотрю в окно.

– Алиса, ты слышала, что доктор сказал? – вдруг спрашивает Иван.

Он вдруг съезжает на обочину и вылезает из машины, открывает дверь с моей стороны и подает мне руку.

– А? Что? – откликаюсь я, погруженная в свои глубокие мысли. – Почему встали?

– Доктор сказал, что Ева всегда должна чувствовать себя в безопасности и ей противопоказан стресс, – терпеливо напоминает мне Иван.

– Ну да, а что? – не понимаю я.

– Рядом с тобой она чувствует себя в безопасности, она отказывается домой идти без тебя, – поясняет Иван. – Я предлагаю тебе переехать в наш дом, Алиса!

– Как это? – удивляюсь я. – Зачем?

– Понимаешь, ради дочери я на всё готов. Я создам тебе все условия! Хорошо заплачу. Хочешь, сделаем ремонт в гостевой комнате так, как тебе нужно. Или можешь жить в комнате с Евой. Только скажи…любой твой каприз исполню!