Книга Измена. Уйти (не) смогу, страница 29 – Юлия Ильская

– А помнишь Глеба? Брата Марго?

Мама хмурится, вспоминая.

– Ах, этот, – говорит она, я слышу в ее голосе нотки недовольства.

– Да, у него знакомый уехал за границу, и ему нужен кто-то, чтобы за квартирой присматривал, – говорю я.

– Ну, понятно, –говорит мама, – только…

– Что, мам?

– Ну, я бы не стала ему доверять. Скользкий он, – говорит она. – Ты поосторожнее с ним, дочка.

– Да? А когда ты это поняла? – удивляюсь. Мне казалось, мама всегда ко всем моим друзьям тепло относилась.

– Он мне никогда не нравился, – говорит мама. – Очень уж он к тебе неровно дышал.

– Ну, так это не преступление, – пожимаю я плечами. – Детская влюбленность, ничего такого.

– Ну да, – соглашается мама. – Но вот чувствую в нем гнильцу какую-то. Самоуверенный слишком, все по его должно быть.

– Мам, ты сейчас про Глеба? – удивляюсь я, мы как будто совсем о разных людях говорим.

– Ладно, дочь, забудь. Подозрительная я стала на старость лет. Ты лучше скажи, Кириллу удобно здесь?

– Ну а что не удобно? Конечно удобно, Марго ему столько игрушек надарила. Во дворе площадка очень удобная, мы уже подружились с парочкой деток и их мамами.

– Ну, хорошо, – кивает мама. – Мы тоже пойдем с ним погуляем.

Выйдя на улицу, я звоню в офис Ильи. Мне отвечает молодой женский голос. Сердце режет как ножом. Очередную секретутку завел.

– Але, Илья Леонидович у себя? Это секретарь Игоря Константиновича Воронова, у меня дело, – пищу я, стараясь изменить голос.

Воронов очень крупный клиент, и секретарша не посмеет не сообщить о местонахождении Ильи.

– Илья Леонидович сейчас на совещании, – вежливо отвечает она.

– Спасибо, – я кладу трубку.

Илья в офисе на совещании. Это хорошо. Я иду на автобус и еду к себе домой. Вернее, к бывшему дому.

Дома стоит тишина, пахнет дезинфицирующим средством. Наверняка, Илья вызывал клининг, я не могу представить своего мужа с тряпкой в руках. Я захожу в нашу спальню, смотрю на широкую заправленную кровать. Наше брачное ложе. На нем мы любили друг друга так страстно, что оно едва не сломалось. На нем мы лежали и беседовали обо всем на свете. На нем мы зачали нашего сына. Хотя, может, и не на нем. В то время мы не ограничивались только кроватью. Нет места в нашей квартире, где мы не пристраивались заняться сексом.

Тогда я была самая счастливая. Мне казалось, так будет вечно и наша любовь с годами будет только крепче. Я старалась для Ильи, я хотела быть для него хорошей. Права Марго, надо сначала стать хорошей для себя.

“ – Хватит! – одергиваю я себя. – Хватит воспоминанийи самобичеваний. Его никто не просил налево ходить. У всех дети рождаются. Как-то же мужчины справляются, не бегут сразу изменять, потому что жена не уделяет им достаточного внимания. Многие, наоборот, стараются помочь, понимают. Только не мой Илья!”

Разозлившись, я открываю дверцы шкафа, достаю ножницы и приступаю к работе.

Как же много у Ильи рубашек и костюмов, оказывается! Я уже даже устала, у меня рука заболела. Я посчитала слишком пошлым просто разрезать одежду мужа в клочья, поэтому подошла к процессу творчески. Какие-то рубашки я оставила без пуговиц, какие-то без манжет, какие-то без воротника. На костюмах я вырезала сердечки, а в трусах сделала аккуратные дырочки спереди, чтобы, если ему снова потребуется достать свой член для любовницы, он долго не копался.