Книга Измена. Ребенок от другой, страница 47 – Юлия Ильская

В квартире тихо и неуютно, совсем не так как было, когда здесь были Алиса с детьми. Я иду на кухню и открываю холодильник, ничего интересного, обычный холостяцкий набор, колбаса, сыр, полуфабрикаты. На столе стоит немытая чашка и пакетик с растворимым кофе. Вот это то что мне нужно.

Я достаю пакетик с белым веществом, как говорят в полицейских отчетах и высыпаю содержимое в кофе, тщательно встряхиваю. Это не убьет Руслана, слишком небольшая доза, но даст понять, я здесь, совсемрядом, я слежу за ним, я знаю о нем все! Пусть понервничает перед финалом моего спектакля. Ему полезно, скоро все закончится и я уеду так далеко, что никто меня не найдет! Буду наслаждаться морем и солнцем на деньги Тураева. Считаю это компенсацией за годы моих страданий, за потерю любимого.

Я еще брожу по комнатам, разглядываю чужую жизнь, жизнь которую я разрушила и мне совсем не жаль! Насладившись скорой победой я также незаметно ухожу. Собираю вещи в рюкзак, эта квартира мне больше не понадобится. Я исчезну также незаметно, как появилась. За квартиру заплачено на месяц вперед, так что хозяин не скоро явится. А совсем скоро я буду далеко, очень далеко!

Руслан.

Гоню тачку на максимально возможной в городе скорости. В душе все поет, рад безмерно, готов взлететь вместе с тачкой, на лице играет придурошная, счастливая ухмылка.

По тону Алисы я понял, что она не сердится и готова к переговорам. Милая моя Лиса, наконец-то она переступила через обиду и включила свою хорошенькую голову. Теперь мне ничего не страшно.

Вспоминаю последний день на работе. Лица коллег, когда эта паршивая статья вышла в этой паршивой газетенке. Удивление, брезгливость и тайное злорадство. Многие ранее завидовали мне, моему успеху, вот теперь порадуются вволю.

Подходят, фальшиво сочувствуют, хлопают по плечу, прощаясь, глаза отводят. Да и плевать, нет у меня там друзей, хотя и помогал многим, так эти же гниды, типа Петрова, первые же и отвернулись.

— Ты пойми Руслан Каримович, нельзя тебе сейчас работать. Народ возмущается, — говорит мэр, я его уважаю, прислушиваюсь, он один из немногих нормальных мужиков в этой клоаке, — очевидно, кто-то сфабриковал эту всю историю, я тебе верю. Но не наживай себе больших проблем, иди в отпуск, разберись что к чему и возвращайся победителем.

— Понял, — скрипнул я зубами, — я разберусь, но возвращаться не планирую.

— Ну это твое дело, но я буду рад если ты вернёшься, не позволишь утопить себя, — говорит мэр с сожалением.

— Я и так не позволю себя утопить, но моя семья мне дороже. До свидания, — я выхожу не дожидаясь ответа.

Ну его, это депутатство, зачем мне это все? У меня есть бизнес, есть деньги. Зачем мне еще эта политическая грязь. Я до сих пор уверен, что кто-то из моих конкурентов постарался. Да пусть забирают это кресло и подавятся.

Главное чтобы Лиса и дети рядом были, остальное все пыль. Я готов жить только ради моей семьи, они самое дорогое в моей жизни.

Жаль конечно что Лиске все это выслушать от Петровой пришлось, но она молодец, за словом в карман не полезет. Она у меня сильная и смелая, все выдержит. Мы справимся, вместе мы со всем справимся.

Я подъезжаю к зданию и резко торможу. Мозг еще не осознает, но тело уже выпрыгнуло из машины и несется к входу. Действую на инстинктах, убить, порвать, уничтожить. Этот французский козел сграбастал мою Алису, мою жену и лапает. Сейчас я ему устрою.