Книга После развода. Отголоски любви, страница 11 – Катя Лебедева

— А что, уже есть за что скучать? — парирует дочка, выпуская всю накопленную боль и злость. Она не смотрит на него, выражая дикое недовольство. — Ты ушел даже не попрощавшись со мной, как будто я лишняя деталь в твоей жизни.

Саша вздыхает на е слова, и мне интересно, что будет делать дальше.

— Злата, не надо такой язвительно. Я пришел серьезно поговорить. Твоей маме тяжело, а ты не помогаешь. Постоянные слезы, звонки мне на работу, сцены дома. Это не выход из ситуации. Так мы ни к чему не придем, и ты изведешь не только нас, но и саму себя.

Я не поняла, он там на нее свои грехи перекладывает? Похоже. Но если вмешаюсь, дочь меня не услышит.

— А как надо себя вести?! Сделать вид, что у меня все хорошо? У меня не получается! Пап, пожалуйста, просто вернись домой! Мы все можем начать сначала. Я буду идеальной, правда! Буду учиться так, чтобы тебе за меня никогда не было стыдно, буду помогать маме по дому, забью на все свои глупые кружки… Я все сделаю, только чтобы все было как раньше! Я буду той дочерью, которой ты захочешь гордиться!

Мне становится плохо. Я опираюсь о мойку, чтобы не упасть. Каждая ее фраза как нож в спину. Она просит за нас обеих, торгуется за наше прошлое, которого уже не вернуть. И мне стыдно, и больно, и безумно жаль ее, а Саша лишь качает головой.

— Златочка, остановись. Ты меня не так поняла. Ты и так самая замечательная моя девочка. Ты — моя гордость, и всегда ею была. Дело не в тебе, слышишь? Совсем не в тебе. Тебе не нужно ломать себя и под кого-то подстраиваться. Оставайся собой. Просто будь собой.

— Но если я и так замечательная, если ты мной гордишься… — ее голос дрожит, она хватает его за рукав, цепляется, как за спасательный круг,но все тщетно, — то почему ты ушел? Почему? Я не хочу чувствовать себя сиротой при живом отце!

Он хмурится, находит наконец повод проявить удобную для него суровость.

— Кто тебе такое сказал? Ты — моя дочь. Ты никогда не будешь сиротой, я никогда тебя не брошу. И если кто-то, хоть один человек, посмеет намекнуть тебе на такое, то дай мне знать. Я лично с ним очень серьезно поговорю. Поняла?

Теперь уже бывший муж играет в защитника. Это так на него похоже сейчас. Создать проблему, а потом героически решить крошечную, побочную проблемку, чтобы казалось, что закрыл ту самую глыбу.

— Тогда объясни мне почему? — она уже почти шепчет, и слезы беззвучно текут по щекам. — Объясни почему ты не хочешь остаться с нами? Мы же семья! Разве семьи не борются за друг друга?

Саша отводит взгляд, смотрит куда-то за ее спину, и его лицо становится пустым, каменным, каким было в тот вечер с варениками. Он отключился. Ему снова плевать. Зря я его позвала.

— Потому что так надо, дочка. Иногда в жизни приходится принимать сложные решения. Так будет лучше для всех.

— Это не ответ! — всхлипывает она, размазывая слезы по лицу. — «Так надо» — это то, что говорят маленьким, когда не хотят ничего объяснять! Это ничего не значит!

Он молчит, а Злата вдруг словно цепляется за последнюю соломинку, ее глаза загораются безумной надеждой.

— Тогда… тогда возьми меня с собой! Я буду жить с тобой! Я буду тихой-тихой, буду как мышка, не буду мешать тебе и… и той тете! Я буду просто в своей комнате, честно! Только не оставляй меня тут одну!

Я замираю, сжимая мокрую тряпку в руке. Господи, только не это. Что я и ей сделала не так, что она хочет уйти?