Книга Измена. Счастье вопреки, страница 77 – Катя Лебедева

— А я сделаю все, чтобы лишить тебя всего, чтобы у тебя не было возможности геройствовать. Да и к тому же суд явно будет на моей стороне. Из института тебя попросят, у тебя не останется никакого заработка, ничего. Что ты сможешь дать детям?

— Ты псих, ты сошел с ума, — бросаю ему эти слова, подхожу и толкаю в грудь, толкаю несколько раз, но он стоит, как истукан, он прирос и даже не шелохнулся.

Откуда в нем столько силы, как он может сохранять вот такое хладнокровие?

— Я просто тебя люблю и не позволю совершать глупости. Мы любим друг друга, а сейчас ты просто обижена, обижена на меня, на всех. Да, я совершил ошибку, я ее не отрицаю. Но, во-первых, Мирослава беременна не от меня, во-вторых.

И на этих словах он замолкает. Его «во-вторых» так и виснет между нами недосказанностью. Я все жду, когда же он заговорит, но этого не происходит, и это молчание бьет по нервам, очень сильно.

— Что, во-вторых? Услышать это я недостойна, да? Или ты еще не придумал? Какая разница, от тебя она беременна или нет, ты уже мне изменил. Ты виноват. К чему все эти пустые разговоры?

— А во-вторых, успокойся, Аня, и хватит заниматься глупостями. Хочешь преподавать? Хочешь сохранить детей? Хочешь видеться с ними? Тогда успокаивайся, еще раз повторяю, — грубо чеканит каждое слово муж.

Он не готов идти на компромисс, уперся рогом. Я пока не представляю, как мне выйти победителем из этой ситуации. Вообще в голове пусто, хотя, наверное, это простострах.

— В противном случае, даже если ты найдешь какого-то крутого адвоката, который согласится тебе помочь совершенно бесплатно, у тебя ничего не получится. Дело закончится на первом слушании, если вообще дойдет до суда. Хватит, Аня, прекращай все это.

Он пытается утихомирить меня, пользуясь силой, но при этом старается действовать мягко, это чувствуется.

— Тебе самой не надоело бороться с самой собой, со мной, с обстоятельствами, над которыми ты не властна? Прекрати, мы не дети, мы взрослые люди. Ты это прекрасно должна понимать. Мы семья, и ею останемся. Так было, есть и будет.

Мотаю головой, не согласна, я не согласна с ним. Мы уже не семья, мы перестали быть семьей в тот момент, когда он мне изменил. Да, я хочу, чтобы мы сохранили семью, но он продолжает быть вот таким, а с таким Витей я не хочу быть.

— Мы не семья, Вить, и между нами не любовь, между нами агония.

Аня

Да, именно агония. Только сейчас, когда сказала это, поняла. Мы бьемся в истеричной агонии, пытаемся сохранить, пытаемся хоть что-то изменить, исправить, но у нас ничего не получается. Обстоятельства каждый раз против нас.

Мы, как та змея, которая сама себя съедает, уцепились за хвост и глотаем, глотаем, глотаем все это, не понимаем, что надо остановиться, что надо прекратить и сдать назад. Вернее, я это поняла, я этого хочу, а вот муж нет.

У него другое мнение, отличное от моего, и да, это нормально. Мы все имеем право принимать свое решение, видеть так, как видим сами. Но неправильно то, что он заставляет меня плясать под его дудку, играть лишь по его правилам.

Он снова забывает о моих желаниях, о моих мыслях, о моих чувствах, он просто ведет себя как наглая сволочь, для которой только он имеет значение, только его мнение единственно важное и верное, все остальные так, занимаются ерундой, не понимают всего и их надо направлять.