Книга Развод. Вина предателя, страница 64 – Катя Лебедева

Это сейчас садик, а вот когда ей стукнет лет двенадцать-четырнадцать, вот здесь начнутся проблемы, и надеюсь, у меня хватит нервов, не перевести ее на домашнее обучение, или отправить в закрытую частную школу для девочек, ну так во избежание излишнего общения с противоположным полом.

Уверен, дочь будет в маму, и это беда, хотя я этой беде очень рад.

Она даже сейчас умудрилась нас с Глебом раскрутить на то, что мы все сделали сами, хитрая лисица очень хитрая, но за это я ее и люблю.

Спускаюсь к другу в предвкушении.

— И о чем ты так срочно хотел со мной поговорить? — спрашиваю у друга, закрыв за собой дверь кабинета.

Глава 36

Полина

— Мамочка, не уходи так надолго больше никогда. Я по тебе сильно соскучилась, — зевая, лежа в своей кровати, говорит Алиска.

Не могу поверить, что две недели пролетели так быстро, но в то же время и ужасно медленно. До конца победить страх больницы у меня не получилось, но все же я стоически выстояла этот ужасный период своей жизни, и очень надеюсь, что никогда подобное со мной не повторится.

— Изо всех сил буду стараться, хорошая моя, — поправляя одеяло, отвечаю дочке и тепло улыбаюсь в ответ на ее искреннюю улыбку.

До сих пор не могу поверить, что Саша все это время ее развлекал, помогал делать разные поделки. Они меня очень порадовали своим творчеством в больнице.

Особенно первая та поделка с букетом в плетеной корзинке. Я даже попросила рамку под размер заказать, такая красота должна сохраниться на долгое время, ее нельзя выкидывать, пока совсем не истреплется, а при должном уходе, это случится очень и очень нескоро.

Муж, в принципе, сильно удивил меня тем, что уделял столько времени Алисе, а не спихнул ее на каких-нибудь нянек. Очень достойный поступок. Я, правда, не ожидала, но он превзошел все мои ожидания.

Я точно знаю, что он не подговорил дочку, уж слишком искренними были ее слова, слишком быстрой, была речь. Если бы она говорила то, что хочет, она все равно бы где-то проговорилась, потому что дети — не взрослые, они не умеют так контролировать свою речь.

— А можно мне еще одну сказку, мама? Я очень соскучилась по сказкам в твоем исполнении, — уже которую по счету продолжает канючить Алиска, моя маленькая лисица.

— Нет, Алисочка, я и так уже четыре рассказала. Засыпай, солнышко мое, засыпай. Если быстро сейчас уснешь, завтра я расскажу тебе две, а не одну. Договорились?

Понимаю, что, возможно, поступаю неправильно, но она может просить рассказывать ей эти сказки до бесконечности, а я тоже сильно сегодня устала, и хотелось бы быстро принять душ и лечь спать, поэтому пора заканчивать. И так сильно пошла на уступки.

— Ну пожалуйста, мам, ну пожалуйста, очень тебя прошу, еще одну, и честно-честно, я буду спать, — вот же маленькая хитруля, голос свой фирменный применила и взгляд.

Ну вот как ей можно отказать, как? Знает, чем меня брать. Ну и знает, что после вот такого приема точнобольше ничего ей не светит, это работает только один раз за вечер.

— Ну хорошо, последняя сказка на сегодня и сразу спать. Баиньки-баиньки, — она довольно улыбается, устраивается на бочок, и я понимаю ее уже тоже практически сморил сон.

Буквально пять-десять минут, и все. Я даже до рассказать ничего не успею, лишь начну. Ну, оно и хорошо.

Начинаю ей рассказывать сказку про красавицу и чудовище. Говорю максимально тихим тягучим голосом, чтобы убаюкать ее, и действительно, едва я заканчиваю вступление, вижу, как выравнивается ее дыхание, как оно становится глубоким и спокойным.