Книга Развод. Вина предателя, страница 42 – Катя Лебедева

Если его что-то беспокоило, он должен был мне об этом сказать, обязан. Так поступают люди в семье. Я ведь ему рассказала, почему боюсь водить, доверилась ему, открыла душу, а в итоге, что получилось? Он использовал это против меня. Не могу в это поверить, вот просто не могу.

Еще и живот болит. Это все нервы. Я слишком много нервничала в последние дни, и организм решил мне устроить веселье. Боль тянущая, немного режущая стала моей подругой сейчас.

Я не могу найти себе место, ворочаюсь в обнимку с подушкой и ничего не могу поделать. Я не могу найти ту самую спасительную позу, в которой бы боль утихла. И ведь боль такая тупая, не настолько острая, чтобы ее невозможно было терпеть. Она скорее противно ноющая, да, наверное, так будет, правильнее сказать, противно ноющая и слегка тянущая.

В какой-то момент я даже сосредотачиваюсь только на этом, потому что мне хочется, чтобы это закончилось.

Я так не люблю таблетки, во всяком случае, для себя, но сейчас понимаю, что надо спуститься и выпить какой-нибудь спазмолитик. Я не смогу вот так ходить и ждать, когда организм восстановится после стресса.

Да, понимаю, что поступаю глупо, просто купировав последствия, но что поделать, другого не остается. Мне нужно, мне очень нужно, чтобы не было этой боли, и я смогла снова начать думать. Тем более осталось не так много времени до прихода мужа.

Глава 24

Александр

— Снова она звонит, настойчивая девочка, очень настойчивая, смотри, потеряешь над ней контроль. Таким только палец в рот положи, по локоть откусят, а может и дальше, — видя то то, как я сбрасываю вызов и устало отбрасываю телефон по столу, говорит друг.

Все то он видит, все то он подмечает, вот только ничего не понимает до конца, а поговорить я с ним на эту тему так и не решился. Все же он, в отличие от меня, продолжает жить одинокой жизнью, и она его вполне устраивает. Он не понимает, зачем я вообще женился и почему сейчас не разведусь, раз пошли какие-то проблемы.

Ему просто не понять меня. Он еще ни разу не любил, не любил так, чтобы дышать без нее невозможно, не любил так, чтобы мысли все время только о ней, и неважно, в ссоре вы или все у вас хорошо, не любил так, чтобы даже когда злишься, когда готов ее удавить собственными руками, волнуешься о ней и ни за что не дашь в обиду, не причинишь боль.

Когда-нибудь он встретит ту самую и поймет, почему я сейчас так жесток и не отпускаю ее. Я никогда ее не отпущу. Если захочет, мы все изменим и все вернется, как было. Если нет, тогда нам придется приспосабливаться к новым условиям.

Я знаю лишь одно, в моем сердце всегда была, есть и будет только Полина. Ни одна другая не заменит ее, ни одна. Чтобы не происходило, как бы не происходило, в моем сердце уже живет женщина и никого другого я в него не пущу.

— Ты мне лучше скажи, что с той аварией было, разобрался кто виноват? Она или нет?

— Слушай, тебя сейчас действительно волнует то, что происходит с какой-то девкой? Если ты так любишь Полину, почему ты не задумываешься о том, каково твоей жене сейчас? — Глеб начинает учить меня жизни, а мне хочется засучить рукава, и ответить ему хорошую двоечку, а лучше пару раз подряд ее прописать.

Полина, это моя семья, и только мне решать, что хорошо, что плохо, как себя вести, и только я могу понять, какого сейчас моей жене. Я не прошу его совета, но он все равно с ним лезет. Зачем, тем более он не знаток семейных ценностей и не знает даже, что такое серьезные отношения.