Книга Измена. Всё начинается со лжи, страница 62 – Татьяна Тэя

Прищурившись, я наблюдаю за ними поверх стакана с кофе. Блондинка бегает кругами, но не суетится, зато то и дело трогает Ваню невзначай то за рукав, то за плечо, подталкивает к капоту, к открытой дверце. Качает головой и охает, да ахает по одной ей известному поводу.

Пару раз она бросает взгляд на меня.

Но может, она такая глазастая, что с ходу определяет, что нас с Ваней ничего, кроме «дружеских» отношений не связывает, то ли просто наглая и самоуверенная, но её, по всей видимости, не смущает, что объект её интереса с попутчицей.

В конце концов, Ваня садится за руль и отгоняет тачку, чтобы проверить и отрегулировать давление в шинах. Я в этом не особо разбираюсь, но видела, как Саша это делал.

Саша вообще нервный, когда дело касается машины. Если говорят, что машина – вторая жена, то у Саши она явно первая. Была всегда. А я уже шла после. Иногда я садилась в неё, не дыша. Не дай бог порог каблуком задеть, сожрёт заживо.

Пока я наблюдаю за игрой блондинки и помощью безотказного Вани, на меня нисходит раздражение. Уже поздно, мы опаздываем, проторчали в пробке чёрт знает сколько времени, до Выборга ещё ехать и ехать. Теперь и к одиннадцати не успеем. А он тут помогать вздумал. Ещё и на работе задержался. Раз так… могли бы перенести.

Я вся на нервах.

Ещё и звонокТамары Владимировны и угрозы радости и спокойствия не прибавляют.

И Ваня, что, слепой? Не видит, что проблемы нет, лишь тупой флирт. А может, ему нравится?

Ну да… может, у него невеста в городе, в доме я с непонятным статусом гостьи, а по дороге между делом можно ещё знакомство завести, да телефончик стрельнуть.

Наконец, проблема блондинки, видимо, решена. Они стоят о чём-то и толкуют. Ваня склонился к ней. У них приличная разница в росте. Склонился, чтобы лучше слышать? Или она там ему записку с телефоном пихает?

Я прищуриваюсь, пытаясь хоть что-то разглядеть. Но на улице уже темным-темно, а желтый свет фонарей на заправке не особо способствует остроте зрения.

Когда Ваня возвращается ко мне, я раздражена до предела. Аж самой страшно, чего это я так завелась.

– Льдом покрылся, – кидаю резко.

– Что? Кто? – не понимает меня Ваня.

– Кофе. Твой, – киваю на стаканчик, сиротливо стоящий на капоте. – Льдом покрылся, говорю.

– А… ну ладно, ерунда.

Он берёт его и выкидывает в урну.

– Поехали? – бросает со взмахом руки.

– Да уж поехали. Погнали, я б сказала.

Ваня с подозрением смотрит на меня.

А я что? А я ничего. Фыркнув, сажусь в салон. Раздражённая до невозможности. И ещё более раздражаясь от своего собственного раздражения.

Может, я сама себе внушила, что Ваня мой? Потому что помогает мне. Потому что отец Риты. Только сам об этом не знает. А тут… реальность разошлась с тайными мыслями, которые во мне укоренились непостижимым образом.

Мы только отъехали от заправки, а я сижу и верчу эту мысль в своей голове.

– Ну и что там? Что-то серьёзное было? – внезапно выплёвываю я.

И тут же хочется зажать рот ладонью от шока, что эти слова вообще из меня вылетели.

Нормально же всё было. Я сделала с десяток вдохов выдохов, чтобы успокоиться. И унять это ужасное чувство, которое я идентифицировала, как ревность.

Глупую. Наивную. Ничем особо не обоснованную.

– Да так… – косится на меня Ваня. – Давление в шинах надо было проверить.