Книга Расслабься, это любовь, страница 48 – Ульяна Романова

Да, я пошла в родителей, и, по всей видимости, на уровне генов мне досталось то, что влюбилась я один раз и на всю жизнь.

Соколов расплатился по счету, с психом отодвинул от себя пустую тарелку и наградил меня хмурым взглядом исподлобья, который появился у него сразу, как я заикнулась, что принца нужно искать в полиции.

И мне так понравилась его новая реакция на мои слова, что кто-то явно с крылышками, но без нимба, шептал мне на ухо: «Нам нужно еще одно крохотное подтверждение наших догадок».

Всего одно!

– Наелась? – заботливо уточнил Соколов, когда я отставила пустую тарелку в сторону.

– Да, спасибо, – тихо ответила я и поправила повязку на лбу.

– Синяк не прошел?

– Почти прошел, но желтит некрасиво. Да и, по-моему, мне идет повязка, как считаешь?

– Подлецу все к лицу, – хмыкнул Мир. – Пойдем. Юлька, не дуйся, тебе все идет, честно. Даже если ты противогаз оденешь – тебе подойдет.

– Соколов, если это был комплимент, то забери свои слова обратно, – потребовала я.

Римир снисходительно улыбнулся, а меня снова качнуло на эмоциональных качелях в сторону бесящего слова «маленькая».

– Забираю свои слова обратно, подлецу не все к лицу, – пошел он на попятную.

Но так улыбнулся, что мои качели снова качнулись в сторону «ревнует».

Нет, это невыносимо!

– Ты очень красивая, правда, – вдруг понизил он голос, – в повязке и без нее. Все? Так правильно комплименты делать?

– Так правильно, – важно согласилась я.

– Я запомню, – пообещал Римир. – Поехали?

– Угу, – кивнула я.

Мне необходимо было срочно поговорить с Серафимой. И не о Римире, а о той краже, которую расследовал Леха.

И как бы мне ни хотелось провести с Соколовым больше времени, совет дяди Бори я блюла четко: непокорность и игнорирование.

Воин должен завоевать крепость, даже если сама крепость жаждет немедленно сдаться ему в плен. И точка!

Мир расплатился по счету и жестом позвал меня на улицу. А по дороге сделал то, от чего у меня колени подогнулись, покраснели щеки, уши и, кажется, даже затылок. Он взял меня за руку.

Собственнически протянул руку, сграбастал мою ладонь в свою и повел к авто, стоящему в тени деревьев.

Боже мой. Господи! Если ты есть – помоги!

Я покосилась на Римира, который как ни в чем не бывало вел меня к машине. Словно так и надо и мы каждый день за ручку куда-то ходили.

Я почувствовала себя глупой влюбленной дурочкой, мечты которой наконец-то начали сбываться. Именно в тот момент, когда я уже почти перестала мечтать, но…

Я не смогла отобрать ладонь. Растерялась… Даже единороги с бабочками временно перестали танцевать в животе, ожидая развития событий.

Да, я глупая влюбленная девчонка, которая много лет мечтала о брате своей лучшей подруги – а тот не обращал на меня внимания.

Но мне так хорошо в тот момент было, что, если бы кто-то сказал, что я дурочка и снова себе все напридумывала, мне было бы все равно.

Хорошо, спокойно, защищенно. И какое-то еще незнакомое, томное чувство теплой волной прокатилось по всему телу.

Римир шел медленно, сильнее сжимая мою безжизненную ладонь в своей. Я даже пошевелить ей боялась, шагала за ним как сомнамбула и желала только одного: попросить ущипнуть меня, чтобы удостовериться, что это не очередной сон.

Наконец мы подошли к машине, Мир открыл для меня пассажирскую дверь и помог сесть.