Книга Операция «Кавказская пленница». Чужая. Бедовая. Моя, страница 37 – Ульяна Романова

— Лия, брат, ты что, девочка? — заржал Расул, осматривая мой наряд с ног до головы. — Я думал, у нас брат самый младший такой, а ты девчонка.

— Эмилия! — первый опомнился папа, — ты… Позоришь нас всех.

Я покраснела.

Ойкнула.

И слезла с рук Камала.

Развернулась к папе и гордо сказала:

— Это мой муж. И обижать его буду только я. И Хасана обижать не дам, он нормальный. Аслана можно чуточку пообижать, но сильно тоже не надо.

Как на меня в тот момент смотрел Аслан, я даже запоминать не стала.

— Эмилия, — прогромыхал отец, — не вмешивайся в мужские дела. Я тебя так воспитывал?

— Ты обещал, что выйду по любви. Я вышла, а ты должен держать слово, — упрямо продолжала я.

Папа нахмурил брови, а я перевела взгляд на Дияра. Он стоял за папиной спиной, а с ним Расул и Демир — средний и младшие сыновья моих родителей.

Я знала: Дияр меня поймет.

— Я предлагаю забыть сегодня о нашей старой вражде и помириться. Я люблю вашу дочь, я женился на ней…

Камал еще что-то говорил, а я смотрела в глаза старшего брата. Дияр кивнул вопросительно, я в ответ — утвердительно. И встала так, чтобы закрыть собой Камала.

Муж мой напрягся и, кажется, немного разозлился за самоуправство, но я хотела мира между нашими семьями и готова была ради этого на самый сумасшедший поступок.

И пока папа думал, вперед вышел Дияр.

— Не обижал?

— Нет, — серьезно ответила я.

— Точно сама согласилась? Не заставил? — продолжал Дияр.

— Точно.

— Влюблена? — В глазах брата разливалось тепло, которое означало, что он снова на моей стороне.

— Очень. Правда сама пошла замуж, не заставлял.

— Лия, не врешь? — допытывался Дияр.

— Да ты что, не слышишь меня? — сорвалась я. — Сказала: мой. Муж. И вообще мой.

— Теперь вижу, что сама, — разулыбался Дияр, — иди в дом, сестра, мы мирно разберемся. Обещаю. А если он обидит тебя — я тебя в любое время, всегда заберу в семью.

И со значением посмотрел на Камала.

И я опустила голову, развернулась к воротам под обалдевшим взглядом мужа, который меня послушную, в общем-то, почти и не видел, а потом остановилась и выдала:

— Не пойду, там Шайтан.

— Лия, тебе ли его бояться, — со смешком уточнил Хасан. — Он просто родственную душу увидел, познакомиться хотел.

— Хасан, нам с вами обратно ехать, — прошипела я.

— Я на самолете полечу, — вежливо ответил он и приказал парнишке: — Мага, проводи. И Шайтана закрой.

— Понял, — согласился парень и велел уже мне: — Пойдем.

Я посмотрела на Камала, муж кивнул, и я пошла обратно в дом. Шайтана заперли в сарае, и осел смотрел на меня так, словно понял, что я — причина всех его бед.

Мне теперь что, на улицу вообще не выходить? Отомстит ведь, хвостатый…

Мага передал меня женщинам, те проводили в кухню, а я встала у окна и ждала, чем все это закончится. И молилась, чтобы сегодня наконец наступил мир.

Камал

Лия не была бы Лией, если бы не встряла в мужские разговоры. Не сидится ей на месте, шкодине непоседливой. Не может эта женщина просто сидеть и ждать, когда мужчины все решат! Не удивлюсь, если она Шайтана специально дразнила, чтобы найти повод выскочить.

Но ее появление снизило градус разговора до едва теплого, и это было хорошо. Потому что Эмир Аракелов слышать о нашем браке ничего не желал и требовал, чтобы я немедленно с ней развелся, чтобы забрать дочь обратно.

— Я предлагаю мир, — повторил я, — наша вражда длится слишком давно, но наши интересы сейчас не пересекаются. Да, больше века назад наш предок перекрыл для вас горный родник, но и ваш предок украл нашу прабабушку, а потом вернул с позором.