Книга Измена. Ненужная жена, страница 30 – Анастасия Чудная

Вот только поверит ли ей Маркус? Опыт подсказывал, что вряд ли.

Анна знала, что слухи рано или поздно дойдут до мужа, и со страхом ожидала следующей встречи.

Она взглянула на свое отражение в зеркале и подавила вздох. Идти на ужин совсем не хотелось. Может будет лучше если Анна вернется в городской особняк, дождется Маркуса и лично объяснит ему возникшее недоразумение? Тогда, вероятно, он не станет злиться.

Анна уже решила приказать собрать саквояж, как служанка передала ей записку от тети Жаклин.

Он ищет тебя.

Всего три слова, но от них по спине прошел противный холодок. Желудок скрутило так, словно Маркус уже был здесь в доме Фостеров. Хотя это, конечно, невозможно. Муж не успел бы добраться до Анны раньше послания тети.

В таком случае ей лучше остаться у Фостеров. По крайней мере здесь супруг не сможет устроить скандал.

Анна велела слугам подать ужин в комнату и, взяв книгу, устроилась в кресле. Буквально через несколько минут дверь в ее покои снова отворилась и закрылась. Анна подняла взгляд от книжных страниц и потрясенно уставилась в лицо Маркуса.

— Это правда? — спросил он таким спокойным тоном, словно они не встретились спустя почти неделю, а просто вернулись к прерванной беседе.

— Что правда? — непонимающе спросила Анна, вцепившись в обложку книги.

Как Маркус здесь очутился?!

— Я спрашиваю про развод, — пояснил муж, опасно сверкнув глазами.

Анна нервно сглотнула, продолжая крепко держаться за книгу, как за щит. Маркус стоял у двери, не предпринимая попыток приблизиться, чем только сильнеенервировал.

Что у него на уме?

— Это просто слухи, — как можно небрежнее ответила она.

— Слухи не рождаются на пустом месте, — точь-в-точь повторил он однажды произнесенную Анной фразу. — Разве не так ты говорила, дорогая?

— Я ошибалась, — ровным тоном отозвалась Анна.

— Предлагаю пустить новые слухи, — вдруг произнес Маркус.

Анна нахмурилась, гадая, что муж имел в виду, как он неожиданно пересек комнату и впился в ее губы жадным поцелуем.

Это был их первый настоящий поцелуй, не считая положенного касания губами в тот момент, когда священник в церкви объявил их мужем и женой.

Тот раз было сложно назвать поцелуем. Скорее обязательной данью традициям. Но теперь Маркус целовал Анну по-настоящему.

Или, вернее сказать, наказывал?

В движениях мужа было мало ласки или нежности. Маркус словно ставил на Анне клеймо или желал наглядно показать, что она принадлежала ему.

Анна ощутила, как мужская рука обхватил ее за шею и притянула ближе, будто впечатывая в губы мужа. Первым порывом было желание отстраниться. Однако ладонь Маркуса надежно удерживала Анну на месте. Ни пошевелиться.

Тогда она подняла руки и уперлась в твердую мужскую грудь в попытке отодвинуться. Но стоило Анне коснуться мужа, как напор его губ уменьшился. Стал медленнее, мягче. В один момент поцелуй стал томным и мучительно нежным.

Анна не успела опомниться от перемен и вызванных ими новых чувств, как Маркус одним резким движение поднял ее из кресла и крепко прижал к себе, буквально впечатывая в свое тело.

Скорость происходящего кружила Анне голову. Она чувствовала себя в плену мужских сильных рук, и внезапно это ощущение вызвало в ней сладкий трепет. Собственное тело было радо сдаться на волю сильнейшего. Внутри разгорался огонь, о существовании которого Анна даже не подозревала.