Книга Магическое изречение, страница 61 – Наталья Николаевна Александрова

— Да будешь ты слушаться когда-нибудь?!

Он присмирел и часто-часто заморгал.

— Нам всем нужно успокоиться, — вынесла решение «свекровь».

Ника успела снять сапоги и повесить пальто.

— Что я, по магазинам не могу пройтись, что ли? — вздохнула она. — Денег уж не прошу, свои есть. И всё равно такое отношение… Я вам не крепостная…

— Купила что-нибудь? — оживилась «свекровь». — Покажи! Примерь!

Ника отвернулась. Вот хитрая баба, сразу суть уловила. Теперь нельзя сказать, что ничего не понравилось, она не поверит.

— Купила много всего, — ворчливо ответила Ника. — И отвезла на квартиру отца, не сюда же везти. У вас в спальне и шкафа приличного нет. Юлия Милановна обещала всё разобрать.

Ника упомянула экономку и внимательно посмотрела на этих двоих. Но у них ничего не мелькнуло в глазах при упоминании Юлии, никакой реакции. Фальшивый муж только скривился, совсем как в первый раз, когда велел экономку уволить. Ну ладно, лжесвекровь та еще пройда, свои эмоции контролирует, но этот урод непременно бы показал, что знает об убийстве экономки. «Значит, не они, — уверилась Ника. — Такое скрыть трудно. Но тогда кто же ее убил?»

Сергей Ломакин открыл глаза и в первое мгновение не мог ничего понять. Увидев, что он пришёл в себя, над ним склонился незнакомый человек в несвежем белом халате и белой медицинской маске. Человек снял маску и участливо поздоровался:

— С добрым утром! И с возвращением!

— Откуда? — отозвался Сергей и не узнал собственный голос — хриплый и неразборчивый.

— С того света! — ответил человек в белом халате. Наверное, доктор. — Он очнулся! — крикнул доктор куда-то за спину.

Тут же в поле зрения Сергея появился еще один человек — худой, с «лошадиным» лицом и злыми узкими глазами. Он показался Сергею смутно знакомым. Узколицый пристально посмотрел на Сергея и криво усмехнулся, обнажив крупные, волчьи, жёлтые от никотина зубы:

— Ну, здорово! Давно не виделись!

И тут Сергей вспомнил, откуда он его знает. Он восстановил в памяти крупный, медленно падающий, словно бутафорский, снег, колеблющийся под ветром свет фонаря и двух мужчин с опасной повадкой серьёзных хищников.

И Сергей пожалел, что пришёл в себя.

— Шатун велел передать тебе привет! — процедил узколицый.

— Ну что, мы теперь в расчёте? — повернулся к нему доктор, суетливо потирая руки. — Я его вытащил буквально с того света. Шатун мне обещал за это списать долг.

— Обещал, обещал… — Узколицый стёр с лица волчью ухмылку. — Он теперь точно выживет?

— Выживет, только не надо его бить. Он еще слишком слаб. Ему надо хотя бы пару дней отлежаться.

— Бить мы его не будем! — пообещал узколицый. — Пока не будем. А ты, Айболит, можешь проваливать.

— Айболит — это ветеринар, — проворчал доктор, вздохнул с облегчением и исчез из поля зрения Сергея.

Узколицый не обратил на его замечание никакого внимания, он повернулся и крикнул себе за спину:

— Шатун! Он готов! — И сказал Сергею: — Ну что, с тобой тут кое-кто хочет поговорить!

Сергей закрыл глаза. Ему захотелось вернуться в благословенную беспамятную тьму, из которой его только что вытащили. Но лежать с закрытыми глазами ему не дали. Послышались тяжёлые шаги, и он невольно открыл глаза, чтобы увидеть того, кто пришёл по его душу.

Около его кровати возник лысый коренастый человек непонятного возраста, с длинными, как у гориллы, руками и маленькими глазками с тяжёлыми набрякшими веками, которые придавали ему сонный и как будто не опасный вид. Обманчивый, надо сказать, вид.