Онлайн книга «Магическое изречение»
|
— С чего ты взяла? — Он озабоченно посмотрел на нее. — А с того, что голос у нее какой-то… грустный… Нет, не грустный, а встревоженный, даже испуганный. Вообще Нику не узнаю, чувствую я, что она дёрганая какая-то. — Ну, приехала в чужой город, никого там не знает, друзей нет, да еще свекровь… — Ты хочешь сказать, что у нее свекровь — монстр? — хмыкнула Татьяна. — Ну, это-то как раз можно объяснить. Появилась какая-то девка из провинции, небось окрутила ее сыночка ненаглядного, чтобы квартиру захапать. В столице только так о нас и думают. Хотя… вроде бы Ника говорила, что у ее мужа своя квартира есть, с мамашей вместе жить не будут… — А ты что можешь сказать про ее мужа? — осторожно спросил Андрей. — Как он тебе показался? — Ничего, — усмехнулась Татьяна, — обаятельный… Андрей отвернулся. Вряд ли эта недалёкая Самохина сможет что-то прочитать по его лицу, но всё же он не хотел давать ей повод для насмешек. А что смеяться и сплетничать обязательно будут, он знал. У них в издательстве мужчин мало, а тётки эти… Если пронюхают о его чувствах к Соловьёвой, станут шушукаться по углам, хихикать ему вслед, те, что постарше, примут деятельное участие, советы будут дурацкие давать… О господи, только не это! Он влюбился в Нику Соловьеву, как только ее увидел. С первого взгляда. А было это полгода назад, когда он пришел работать в редакцию. Он ее сразу отметил, Ника очень отличалась от остальных. Сотрудницы всех возрастов вечно сплетничали, плели интриги, бегали курить, нелестно отзывались о мужчинах даже в его присутствии. Он никому не приглянулся — тихий, одет скромно, зарабатывает средне, в общем, бесперспективный. На такого и силы тратить не стоит, если уж совсем полные кранты, нет надежды приличного человека найти, тогда и такой сгодится. Правда, было одно поползновение в его сторону — Тихомирова Сонька попыталась его соблазнить. Он полным идиотом притворился, сделал вид, что вообще ничего не понимает. Ага, как же, не поймешь тут, когда она зажала его в темном коридорчике, а веса в красавице чуть не сто кило! Он еле спасся. А потом Сонька стала о нем гадости говорить, да еще нарочно громко, чтобы он слышал. А вот Ника совсем другая — сплетен не любила, ничью сторону в разборках не принимала. Кончит работу — и сразу домой. Уже потом он узнал, что мать у нее болела. Ему очень хотелось Нике помочь, быть нужным, незаменимым. Но что он мог сделать? Знакомств в медицинских кругах у него не было, а поддержка ей нужна была только от близкого человека. Потом мать умерла. И она словно окаменела от горя. Как же он хотел ее утешить! Хотел сказать ей, что будет заботиться о ней всю свою жизнь, станет оберегать от всех жизненных невзгод, даже от мелких житейских неприятностей, что очень постарается сделать Нику счастливой. Но как он мог лезть к ней с утешениями? Кто он ей? И как мог пользоваться ее слабостью? Вполне возможно, что от тоски и одиночества она бы привязалась к нему, но он не хотел, чтобы она была с ним только из чувства благодарности. Да, он человек, возможно, слишком рассудочный и осторожный, поэтому решил ждать, а пока старался ничем не проявлять свои чувства. Ника-то вряд ли заметит его повышенное внимание, а редакционные дамы — запросто. И начнется… Может, кому-то и всё равно, но он терпеть не мог, когда обсуждают его чувства. |