Книга Бабло, страница 78 – Дмитрий Романофф

Ветер стих, будто затаив дыхание. Вика медленно подняла руку, коснувшись его щеки.

— Ты рискуешь, Пол. Я не из тех, кого можно… исправить.

— Мне не нужно тебя исправлять, — он наклонился, и их губы едва коснулись друг друга — лёгкое прикосновение, как крыло чайки.

Яхта качнулась на волне, и Вика, потеряв равновесие, прижалась к нему. Пол обнял её, чувствуя, как бьётся её сердце — быстро, как у загнанной птицы.

— Я не умею доверять, — прошептала она, пряча лицо у него на груди.

— Научись, — он прижал её крепче, а вдали загорелись первые звёзды.

Позже, когда ночь накрыла море бархатом, они лежали на палубе, укрытые пледом. Вика, уставшая от откровений, дремала, а Пол гладил её волосы, думая о том, как странно — он, считавший любовь алгоритмом, теперь боялся ошибиться в одном уравнении.

— Спи, — прошептал он, целуя её в макушку. — Завтра будет новый день.

Офис Нексуса напоминал гибрид коворкинга и военного штаба, где повсюду стояли стеклянные столы с голографическими дисплеями и серверные стойки, заставленные пустыми банками из-под энергетиков. Именно здесь, среди хаоса проводов и мерцающих нейроинтерфейсов, Чен выглядел как инопланетянин. Его двойные очки, в которых он пришёл на работу, были с синим фильтром, а вторые, надетые поверх них, были с затемнёнными линзами. На его руках были чёрные тактильные перчатки с серебристыми датчиками на кончиках пальцев.

— Ты что, на Марс собрался? — фыркнул Раджеш, развалившись на кресле с ноутбуком на коленях. На экране мелькали строки кода, похожие на санскрит. — Или у тебя теперь аллергия на кислород?

Иван, прислонившись к шкафу с маршрутизаторами, скрестил руки. Его взгляд, холодный и аналитический, сканировал Чена как баг в программе:

— Объясни. Или мы тебя закинем в чат-боты на стресс-тесты.

Чен аккуратно поставил на стол чемоданчик с биометрическим замком. Внутри лежали устройства, напоминающие медицинские приборы.

— Мы начинаем тестирование цифрового аватара. Уровень нейроинтеграции уже достиг девяносто процентов. — Он поправил очки, в которых отражались всполохи голограмм. — Защита персональных данных это не паранойя, а цифровая гигиена. Вы что, забыли?

Раджеш закатил глаза:

— Ой, да ладно! Ты же знаешь, что наши мозги уже лет пять как в облаке. Какие ещё персональные данные?

— Именно. — Чен щёлкнул замком, и чемоданчик раскрылся, показав набор датчиков. — Ваши эмоции, паттерны мышления, даже подсознательные страхи — всё это топливо для алгоритмов. Мой аватар будет чище. Он…

— Выглядит как маска сумасшедшего киборга, — перебил Иван. Он подошёл ближе и дёрнул за ремешок перчатки на руке Чена. — Сними это. Выглядишь как стажёр из секты гиков.

В комнате рассмеялись. Чен замер, его пальцы сжали край стола. Он ненавидел, когда трогали его вещи, а темболее смеялись над ним. Но здесь, в Нексусе, быть странным было нормой.

— Ладно, — он снял перчатки, положил их в чемодан, а потом медленно снял первый слой очков.

— Вот и славно, — Иван шлёпнул его по плечу. — Теперь ты выглядишь как человек, а не как ходячий фаервол.

Неожиданно в кабинет зашёл Пол с огромной папкой в руках:

— Как разработка?

— Нормально, — машинально ответил Иван, повернувшись в его сторону.

— Отлично, — Пол открыл папку с документами. — Расскажи подробнее о социальной модели, которую мы сейчас можем запустить, и какие на текущий момент возникли барьеры.