Книга Стратагема несгораемой пешки, страница 26 – Андрей Фролов

— До самой кончины она варила этот кофе, мальчик мой. И ничего вкуснее в жизни, Однорукий Кришна тому свидетель, я так и не попробовал. Но! — Он вдруг подался вперед, поднимая к низкому потолку указательный палец. Тот был затянут в перчатку, скрывавшую недорогой кистевой протез. — То, что варит твой кривоногий приятель, очень похоже на то, что когда-то готовила она…

— Если вспомнишь, я много раз предлагал провести встречу именно тут.

— Помню, помню…

Мимо кофейни проносились грузовые машины и соратобу, переоборудованные в колесный вариант кузова. Безликими тенями по тротуарам спешили местные — вечно суетливые, вороватые и надменные в равной степени. Густое варево биологической массы, говорящего компоста, на раздавленных надеждах которого строились Статусы.

Кондиционные фильтры в дверях и над окнами «Бухты» не справлялись. Выхлопы синтетического горючего, изготовленного из мусора, опилок и угля, запахом напоминали конский навоз. Проникая внутрь, они смешивались с ароматами готовящейся пасты, отчего внутри стоял дух настолько плотный и необычный, что от него щипало глаза.

— Значит, здесь можно говорить? — наконец перешел к делу агент, откидываясь на ротанговуюспинку высокого стула.

Спросил легко и непринужденно, но его взгляд продолжал ощупывать узкое тесное помещение.

Отмечал наличие запасных выходов и потайных дверей. Количество оружия у стайки молодых гидо. Те оккупировали угловые столы и оживленно наблюдали за хоккейным матчем на экране мобикомпа — шел очередной этап Мирового Трансконтинентального Чемпионата Статусов. Двое молодых принадлежали к неохумам, о чем недвусмысленно заявляли вызывающие татуировки, неприкрытые кибер-протезы и гигантские «тоннели» в щеках, через которые было видно модифицированные языки.

— Своимя для них не стану никогда, — честно ответил Данст. — Но когда-то оказал хозяину небольшую услугу. И потому меня принимают. Без вопросов и не помня лица. Здесь я даже не опасаюсь, что с чашки или ложки снимут мой отпечаток или ДНК.

— Ну что ж… славно… — Бенджи покивал, потирая квадратный подбородок пальцами здоровой руки. — Тогда, полагаю, за кофе заплатишь ты.

Он улыбнулся, но Мартин уже задавал новый вопрос:

— Ты что-то нашел?

Вопрос, по сути, был риторическим. Потому что если бы Молтон не обнаружил ничего интересного, то снова — как два дня назад, — перенес бы встречу. Посоветовал бы прижать задницу к дивану и ждать, пока он не сможет лучшим образом сыграть на росте котировок.

— Мой мальчик, — с укором протянул тот. — Ты ужасный человек. Только твоему старому другу стало по-настоящему хорошо… только он вспомнил молодость и вкус бразильских зерен… так ты, пусть поразит меня Огненноглазый Вишну, если я не прав, тут же лезешь в душу и не даешь насладиться моментом…

Мартин вздохнул, делая глоток. Отставил чашку, положил руки на стол перед собой, похожий на прилежного ученика, ожидающего продолжения урока.

— Значит, все дело в кофе, — констатировал он. — Допиваем и расходимся, я верно понял своего старого друга?

— Вот зачем ты так? — тот комично нахмурился, что не совсем вязалось с медвежьей внешностью и седыми бровями. — Пожалуй, если покопаться на задворках памяти, я смогу поведать тебе пару любопытных новостей…

— Как обычно, я весь внимание, — одними губами улыбнулся Доппельгангер.