Книга Стратагема несгораемой пешки, страница 159 – Андрей Фролов

— Разбираешься в этом? — Эджиде отпустил пистолет-пулемет, и тот клюнул стволом вниз, обвисая на слинге. Ухватившись за глазную прорезь, мужчина стянул маску на подбородок. — Сможешь безболезненно отключить ублюдка?

— Кое-что изучал… — Байн неопределенно пожал плечами. Зентек смотрел на имплантаты полуголого неохума со смесью интереса и откровенного презрения. — Но гарантий не даю…

Леандро бережно провел рукой по проводам и панелям управления капсулой, ошейнику гика, уставился в дисплеи. Таймер, отвечающий за возвращение пенетратора в собственное тело, показывал, что находиться в цифровом пространстве тому оставалось больше двух часов.

— Могу вызвать Радольского… — Аметист растерянно почесал кончик носа. — Может, чахоточный подскажет, что и как…

— А разбудить? — спросил Зентек, все еще не выпускающий оружия из рук. Маску он тоже снимать не спешил.

Остальные пешки взглянули на него с откровенным недоверием.

— Это чревато… — осторожно ответил Байн. — Это существо сейчас… как бы не здесь. Тело продолжает совершать физиологические процессы, а вот сознание… Его словно перелили в другой сосуд.

— Если знаешь, что делать — делай, — принял решение Эджиде. — Торчать тут два часа и ждать, пока уродец проснется сам, мы не можем.

Леандро медленно кивнул и вернулся к изучению мобикомпов, расставленных вокруг кресла.

— Я не верю в существование души, — угрюмо проворчал Анджей. — Хочешь сказать, стоит силой отрубить ублюдка от инфоспатиума, и тот останется… где? В астрале? Лимбе? Краю заблудших душ и выброшенных игрушек? — Поляк наигранно хохотнул, но по его подвижному звериному лицу было заметно, что бойцу не по себе. — Уверен, что максимум ожидаемых неприятностей — заикание. Как у лунатика, если его растормошить во время ночной прогулки…

— Если пенетратор вернется дебилом, Финукейн нас по головке не погладит, — покачал головой Аметист. — Байн, тебе точно не нужна консультация Радольского?

— Не нужна, — раздраженно ответил тот. Сбросил куртку, всецело увлеченный изучением показателей жизнедеятельности спящего неохума. — А вот если вы помолчите, то…

Он принялся ловко переключать режимы, один за другим отстегиваяпровода от встроенных в голову и ошейник пенетратора крипт. Экраны замерцали предупредительными надписями, Дрейфус нахмурился. Зентек, вдруг вспотев, отступил в коридор.

— Почти разобрался, — с азартом отчитался Байн. Начал приподнимать разложенное кресло в вертикальный режим, как вдруг: — Черт! Твою мать!

Его пальцы запрыгали по голографическим кнопкам, спроецированным на столы вокруг. Прилипали к столешницам, заляпанным кофейными лужицами, подрагивали, слепыми щенками тыкались в сенсорные панели мобикомпов.

— Что ты наделал? — похолодев, спросил Эджиде, делая шаг вперед.

— Янаделал⁈ — Леандро был бледен, как покрывавший норвежскую станцию снег. — Спроси этого выродка, ушедшего в нейроспатиум под собственным протоколом! Святые Угодники, да тут настоящая ловушка!

— Верни все, как было… — просипел Аметист. — Немедленно!

В этот момент свет в куполе мигнул.

Тело пенетратора внезапно изогнулось дугой, а по парящим в воздухе экранам запрыгали зеленые змеи. Байн закусил губу, не оставляя попыток спасти ситуацию. Аметист ошалело замер на месте. Зентек шумно сглотнул, не спеша комментировать.