Онлайн книга «Стратагема несгораемой пешки»
|
— И если, Кромвель, ты тогда падешь, — одними губами пробормотал Финукейн, разглядывая трехмерный план так, словно хотел одним взглядом вскрыть цифровой мираж и проникнуть в кодировку виртуальной модели, — ты примешьсмерть, как мученик святой…[33] Они оба читали Лиддел Гарта. И Сунь Цзы читали. И «36 стратагем». Мемуары Луция Корнелия Суллы и учебники Гари Джексона, боевого офицера «морских котиков» и одного из директоров «Черной воды» — праматери Шахматного Клуба. И множество иных мудреных рукописей, раскрывающих дилетанту таинства боевых столкновений. А потому в сознании Киллиана продолжала крепнуть мысль, что Доппи ударит его в лоб. Разумеется, не бездумно, а с созданием железного перевеса. Войдет, потеснит, будет бить тактикой. Людей для этого, увы, у него вполне хватает… Но полагать, что Данст не воспользуется резервным вариантом, означало не думать вовсе. Он увидит, где его ждут. Позволит заметить себя и раскроет намеренья. Сделает вид, что направляется в ловушку. Ударит в неожиданном месте. И продолжит давление по фронту. Вот его тактика, и иного ждать неразумно… Где будет нанесен отвлекающий? Стекла, занимающие северную стену лаборатории, непробиваемы, выхлестнуть их можно лишь изнутри, ударив по ключевым местам мощным тактическим зарядом. Шахты лифтов ведут к охраняемому пропускному пункту. Остается вентиляция и перекрытия, местами полые и способные пропустить человека. Здесь, здесь, еще вот здесь. — Радольский, что это? Тот отвечает. — Понятно. Отвлекать будут со стороны вентиляционных колодцев. Но главный удар американец нанесет именно там, где его будут ждать. Ждать недостаточно сильно. Как в боксе: противник поднимает руки, и целиком прикрывает голову; а затем чуть-чуть приопускает заслон, выманивая на длинный затяжной выпад. Конечно, некоторые проигнорируют откровенную ловушку. Но не Марти… Тот воспользуется тем, что соперник приоткрылся, пусть даже намеренно и едва… и ударит на опережение. В самую трудную и защищенную из мишеней. Это означает… — … необходимо внушить противнику, что мы ожидаем равносильных атак сразу с нескольких направлений, — Киллиан неожиданно осознал, что говорит вслух, а Бесарт внимательно слушает, стараясь не сорваться на кашель. — Однако с центрального — одного из труднейших, — в меньшей степени. В меньшей настолько, чтобы это напоминало нашу легкую оплошность. Излишнюю самоуверенность. Недооценку. И тогда прямолинейность Данста сыграет против него… Впрочем, фланговую группу блокироватьтоже придется сюрпризом. Полагаю, именно в их задачу войдет захват мозгов раненого имплицитора. Финукейн встал, вынимая сигареты и теперь-то уж точно собираясь закурить. — Мы не станем гадать, откуда вынырнет дублирующая группа Данста, Бесарт, — сказал он, вертя на запястье пульт управления акустическим куполом. — Мы сами укажем ему позицию, с которой нужно появиться. По той же логике. Выброси из головы все варианты подхода. Все, кроме одного. Сконцентрируйся на нем… и Доппи станет думать, что отныне остальные защищены надежнее, чем Форт-Нокс или резиденция МИ5. Но поставь в последнем, нужном тебе коридоре единственный пулемет, вполне преодолимый, и Данст появится в его прицеле, словно вызванный заклинанием демон. Здесь… Палец ирландца проткнул голограмму. |