Книга Шпионское счастье, страница 110 – Андрей Троицкий

Вторая очередь прошла ниже, прошив радиатор, разбив фаруи левое зеркальце. Стрейт схватил ремень карабина, распахнул пассажирскую дверцу и вывалился на дорогу. Он сидел под прикрытием машины и решал, что делать дальше. Эти парни не были знакомы со Стрейтом и не хотели знакомиться, но они хотели его убить. Все-таки жизнь странная штука, на этот раз ему повезло…

* * *

Казаков сбросил на пол лампу с абажуром, стоявшую на комоде, выдернул из нее электрический провод и с силой хлестнул им по груди Моретти. Тот закричал так тонко, что уши чуть не заложило.

— Кажется, у тебя неплохая кожа, — вслух отметил Казаков. — Ну, она не лопается. Поздравляю. Теперь попробуем вот это.

Он взял из рук Разина пластиковый флакон с жидкостью для разжигания костров и каминов, плеснул немного на голубые ноги Моретти.

— Ты уже соврал два раза, — объявил Казаков. — Третий раз будет последним. Ну?

— Они лежат под полом нижней спальни, — выдохнул Моретти. — Той, которая слева от входа. До конца по коридору. Отодвиньте от стены пустые полки. Снимите плинтусы, они не прибиты. Там будет что-то вроде люка. С той стороны дома подвала нет… Надо копнуть буквально на полтора фута. Под слоем земли железный ящик с ручкой. Все там.

Моретти заплакал. Наверное, он презирал себя самого за то, что наделал много глупостей, принял неправильные решения и так легко сдался. Слезы катились по щекам, висели на подбородке и падали вниз, на голубые ноги. Казаков кивнул Сидорину и сказал:

— Посмотри, что там. Быстро…

Тот вскочил, скатился вниз по лестнице, добежал до конца коридора, сдвинул пустые полки, освобождая угол комнаты. Плинтусы как следует не прибили, они держались на паре тонких гвоздей. Доски пола были сколочены в прямоугольник, получилось что-то вроде люка. Сидорин упал на колени, внизу была рыхлая земля, он лег на пол и запустил руки в землю так далеко, как только мог. Показалось, что кончики пальцев коснулись холодного металла. Сидорин вскочил и заметался по дому в поисках лопаты или совка, но не нашел ничего кроме сломанного пылесоса.

Тут он услышал автоматную очередь и еще несколько одиночных выстрелов.

Стрейт сидел за машиной и слышал, как в салоне пикала рация, которую он не успел взять с собой. Он подумал, что пока в него стреляют, в салон лучше не соваться, пуля срикошетит, и он получит несколько грамм горячего металла. Стрейт передернул затвор карабина, досылая патрон в ствол. Пиканье рации прекратилось, стало так тихо, что он услышал, как где-то совсем близко, взмахивая крыльями, пролетела птица. Он на коленях преодолел полтора ярда, высунулся из-за капота и постарался точно запомнить все, что увидел. На этот раз человек в белой шляпе вооружился винтовкой или карабином, а пассажир, крупный мужчина в джинсах и серой вельветовой куртке, по-прежнему держал наизготовку автомат.

Эти двое неторопливо брели вверх по дороге, один по обочине, а тот, что в шляпе, посередине, и сумели сократить расстояние чуть не вдвое. Хуже, что следом за ними появился третий человек, он держал в руках то ли автомат, то ли карабин и двигался вдоль правой обочины. Наверное, они решили, то Стрейт смертельно ранен первыми выстрелами, и теперь, обливаясь кровью, валяется на дороге, доживая последние минуты, надо бы подойти ближе и проверить эту догадку, но только без лишней спешки. Увидев голову Стрейта над капотом, первые двое остановились и переглянулись.