Онлайн книга «Солдат и пес. Книга 1»
|
Загнав свой «Урал» в ангар, довольный лейтенант увидел меня. — Ну, товарищ Сергеев, — не по-военному приветствовал он меня, — я все помню! Ты же сегодня в наряд не идешь?.. — Пока Бог миловал. — Меня тоже. Вот и давай… Думаю, часам к шестнадцати-семнадцати эта свистопляска притихнет. Судя по темпам, всю партию должны перегнать к этому времени. Давай сориентируемся на это время. Я для блезиру еще пару парней приглашу из охраны или из пожарки, тоже как бы у них учетки проверить… Ну и ты подтягивайся. Я кивнул… Прогноз начальника учетного отдела оказался в целом верным. Вихрь подняли даже с перебором, часам к трем все новые машины оказались в части. Это была не последняя партия, спустя несколько дней ожидалась еще одна, а кроме того, освеженные, оживленные ПСГ-160 ожидали погрузки на железнодорожные платформы. И это тоже предстояло стать немалой заботой… В общем, время пролетело, я отправился в казарму: нужно было немного постираться, подшиться, заняться вот таким солдатским самообслуживанием. Иголка и три вида ниток: белая, черная, цвета хаки — всегда присутствуют в солдатском хозяйстве, зачастую подколотые за отворотом пилотки. Армейская служба вообще учит маленьким и очень полезным житейским хитростям, которые потом очень и очень могут пригодиться. Итак, я взялся за поправку обмундирования, что-то успел, а что-то не успел, когда в дежурке раздался звонок. Зинкевич, чертыхнувшись, прошел к телефону. — Да?.. Здравия желаю, товарищ лейтенант! Сергеев? Здесь. Да… К вам? Срочно? Есть… — Борис, — окликнул он, положив трубку, — тебя Богомилов зачем-то требует. Зачем, интересно? — Понятия не имею, — сказал я, перекусывая нитку. — Скорее всего, в документах что-то уточнить. — Да, наверное! Он же у нас бюрократ, канцелярская крыса… — Это точно… Ладно, пошел. В кабинете Богомилова я застал рядового Григоряна, флегматично-унылого армянина, родом из какого-то чудовищно высокогорногосела, куда вроде бы и автомобильных дорог даже нет. Впрочем, тут врать не буду. Но то, что регион какой-то заоблачный, это точно. «Григорян случайно оттуда в райцентр спустился за солью, — острили наши парни. — Ну, тут его и загребли…» Разговор был достаточно нервный. — Ну смотри, Григорян, — раздражался лейтенант, тыча шариковой ручкой в картонку-«гармошку» — учетную карточку. Разве может такое быть⁈ Отец у тебя, написано, 1897 года рождения, так? — А так точно. — Так. А ты 1963-го! Такое бывает? — Бывает. — Тьфу! Твоему отцу сколько лет? — А не знаю. — Как не знаю⁈ Григорян пожал плечами. Разговор грозил быть бесконечным, как струя магнитной плазмы в токамаке. Я выразительно откашлялся. Лейтенант меня понял. — Ладно… Чтобы с тобой говорить, Григорян, надо пуд гороха съесть! Понял? — А так точно. — Все, иди. Потом разберемся. Иди на хер отсюда! — А так точно. Григорян вышел, лейтенант сел, снял очки, устало протер глаза. — С ума сойдешь с ними, как там у них документы заполняют… Анекдот! — Ну, — осторожно сказал я, — у них там долгожитель на долгожителе, мало ли что может быть… — Ну, в общем… Да черт с ними! Ладно, присаживайся. Да о делах наших скорбных покалякаем, — он усмехнулся, процитировав еще одного армянина, Армена Джигарханяна — в данном случае его роль в фильме «Место встречи изменить нельзя». Мне предстояло быть основным докладчиком, и я начал с того, как смекнул, что суматоха вокруг части затеяна для отвода глаз… Лейтенант слушал очень внимательно, снимал очки, протирал их тряпочкой, снова надевал… Я старался быть убедительным, вспомнил все аргументы. И Богомилов, похоже, проникся. |