Книга Шурик 1970. Том 2, страница 92 – Петр Алмазный, Юрий Манов

Генерал закончил, решительно налил себе стопарь, махом выпил.

— Нигде ничего я подобного не видел. Нигде! Только в Праге. В Праге на нас такая же фигня выкатилась. Только немецкая и здоровая. На железных гусеницах. Передовую нашу тридцатьчетверку сожгла. Но заметная, и тарахтела очень. Мы с ними быстро разбираться научились.

Генерал встал, подошел к стене, сдвинул одну из шторок. Картина маслом — мордатый фриц копается в потрохах похожего на черепахумеханизма на гусеницах.

— Самоходная мина «Голиаф» — очередная вундервафля нацистов, — сказал генерал. — Наши разведчики одну такую целую в Праге взяли. Я потом рассмотрел, там столько напихано! Такие схемы и узлы мудреные. А у Витька того даже катки деревянные были. И гусеницы из камеры старой. Но ведь семь танков! Всего пятеро пацанов и Витя этот! Я ведь своими глазами…

Генерал резко повернулся ко мне:

— Мне твой электромобиль на поле боя на хрен не нужен, понял? Мне «УАЗки» хватит. Раненых при необходимости санитары на носилках донесут. Ты мне сделай такую электрическую штуку, чтобы на голову лучше этого было, — генерал указал на «Голиафа». — Чтобы эта штука сама на танки врага, на пушки его, на ракетные установки катилась. И вдребезги разносила. А лучше — чтобы летела. Ты меня понял?

Я понял. Понял, что генерал — даже не про гранатомет. Гранатометов в советской армии хватало. Разных типов. Генерал — про другое, он про дрон-камикадзе.

— Вопросы есть? — по-военному спросил генерал.

— Да. Это ППГ как-то расшифровывалось? — спросил я, вставая.

— Да. «Пионерский Привет Героям»! Или «Пионерская Помощь Героям» — не помню точно.

— А эти ребята с Виктором? Что с ними стало?

Генерал развел руками. Все ясно. Сколько их, героев, война прибрала. С именами и без.

— Это что у тебя? — вдруг спросил генерал.

Я посмотрел на стол и сам удивился. Салфетки, которыми были прикрыты хлеб и шпроты на подносе, теперь лежали передо мной, и были они исчерчены и исчерканы. Это что, я? Моих рук дело? Ну да, и почерк мой. На салфетках была схема того самого «ППГ» на шипастых гусеницах в трех проекциях и расчеты необходимой мощности электродвижка.

— Сечешь, — сказал генерал уважительно. — Похожи. Ну да, такие те ППГ и были. Ну что, договорились? Покумекаешь, чтобы такое же простое и надежное, но на дальние дистанции. Как что надумаешь, звони. Прям мне звони, напрямую. А пока давай все-таки твою машинку на бронебойность проверим, а? Зря что ли ее сюда тащили? Щас мы ее с зенитки одиночными, а потом очередями. А? Да шучу я, шучу, ха-ха-ха…

И генерал потянулся к графинчику.

— Куда мы теперь? — спросил я, когда Николай вырулил на трассу. Настроение у меня было не очень. Ну да, нас с Букашкойпохвалил ракетный министр. И героический танковый генерал с фамилией Зайцев тоже общением доволен остался. Только Букашку мне не вернули. Так и осталась на полигоне. Для дальнейших исследований. Но и Николай выглядел как-то странно. После теста на полигоне он был весь такой довольный, а сейчас — темнее тучи.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Березин объявился, — словно нехотя ответил Николай.

Вот этого я никак не ожидал. Если честно, я даже сам пытался себя убедить, что никакого Березина нет. И не было. Что и Березин, и робот Гелик, и Громов мне приснились. Что мы с Зиной просто чудно отдохнули на даче подпольного крышевателя теневиков, и никакого робота и курятника не было. Просто привиделись. На солнце перегрелся, бывает…