Книга Шурик 1970. Том 1, страница 99 – Петр Алмазный, Юрий Манов

Было уже заполночь, когда со двора неуверенно гавкнул еще полусонный Упырь. Потом раздались шаги по тропинке, ведущей к дому. Тяжелые шаги, мужские. Явно не Мария Семеновна. И музыка в ушах зловещая такая, тревожная. Тихо звякнуло железным. У ночного гостя есть ключ? Нет, скорее — отмычки. Он сначала неудачно попробовал две отмычки, на третьей замок щелкнул. Дверь открылась, по комнате скользнул луч фонарика, тусклое жёлтое пятно остановилось на пустой тахте.

Неизвестный шагнул в комнату, потянулся рукой к выключателю на стене. Пора! Я сделал шаг из-за двери и ткнул шокером прямо ему в затылок, нажав кнопку. Он рухнул, как подкошенный.

Я немедленно бросился ему на спину, завернул ему руки назад. Занятия тимбилдингом у нас на фирме даром не прошли, в пару минут я связал ему конечности, как молодому бычку на родео. Подхватил подмышки, перетащил и бросил на тахту. Тяжелый, зараза! Быстро прошелся руками по карманам,положил найденное на стол. Добавил к этому фонарик, все еще светивший тусклым светом. На всякий случай связал вторженцу ноги в районе щиколоток. И только тогда я вернулся к двери и включил свет. Неожиданно ярко засветилась лампочка, висевшая под потолком на одном проводе.

Связанный пошевелился и слабо застонал. Крепкий мужик, Куреха после подобного удара минуты три в полном отрубе валялся, а этот почти сразу очухиваться начал.

Я посмотрел на его лицо... И узнал!

И почти не удивился.

Автолюбитель, снабженец и «волшебник» в одном лице. Владелец серой «Волги» с оленем на капоте. Мой благодетель Николай, обувший Букашечку в новую широкую резину «Мишлен» на литых дисках. Дороговат-то подарочек из-за простого дэтэпэ? Особо, для СССР начала семидесятых. А что у волшебника было в карманах?

Я подошел к столу, посмотрел. И понял, что это — попадос! Приличный бумажник крокодиловой кожи, явно импортный, мини-фотоаппарат, тоже не отечественный, пистолет ПМ, набор отмычек, ключи от машины с брелоком в виде оленя, и … бордовые «корочки», украшенные тремя буквами «КГБ». Я раскрыл корки, прочитал и посмотрел на фото. Майор комитета государственной безопасности Ловчев Николай Алексеевич. И тут же партбилет на то же имя. Не просто попадос, полный попадос! Диссиденту Шурику мало было клеветать на советский строй с трибуны, он начал нападать ночами на членов партии, сотрудников могущественного КГБ!

А Ловчев меж тем пришел в себя и посмотрел на меня, щурясь от света лампочки. Тоже, видимо, узнал.

— Здрасьте, жопа новый год, ты откуда здесь?

— Точно такой же вопрос я хотел задать вам, — ответил я.

Николай уже вполне осмысленно огляделся. Видимо, очень удивился, что в комнате больше никого нет. Посмотрел на меня уже с интересом.

— Это ты что ли меня вырубил? — спросил он. По всему, опытный разведчик не мог поверить, что его обездвижил и спеленал в одиночку очкастый ботан. — Чем это ты меня?

Я молча показал обмотанный изолентой шокер. Спохватился, перевел рычажок в режим зарядки и воткнул устройство в розетку. Вдруг как еще понадобится.

— Ловко. Электрический? У нас таких нет. А мне показалось, что рессорой по затылку врезали, — признался Николай, посмотрел на свои связанные руки, потом чуть приподнял ноги, тоже спутанные хитрым охотничьим узлом. — Слушай, развяжи-ка меня. Право же, я этого не заслужил.