Книга Последний герой СССР, страница 46 – Петр Алмазный, Юрий Шиляев

— А кто третий? — спросил я.

— Проводник, — коротко ответил Лев Рохлин. — И найти его стоило больших усилий. Сайлюгемский бункер засекречен так, что ни на одной карте Генштаба его нет. Нет информации вообще о координатах. Скупое описание, также упоминание об экспедиции шестерки разработчиков в Сайлюгем. Все. Ваша задача найти пункт связи с «машиной возмездия», зафиксировать координаты, связаться с нами и передать пункт связи со спутником под охрану военных. Неделю на подготовку экспедиции. И… Петр, у меня предупреждение: зная, как ты любишь поговорить, специально отмечаю — заруби это себе на носу — в присутствии американца и проводника ни слова о моём участии в работе «Р. И. П. а». Ясно?

— Лев Яковлевич, да я что, совсем что ли?.. — ботаник обиделся. — Не дурак, понимаю.

— Вот и понимай. Наши противники не должны знать, что военные принимают самое активное участие в операции. Я все сказал. Дальше сами. О результатах, Сан Саныч, докладывайте непосредственно мне.- Рохлин встал. — Все, честь имею. — И он покинул кабинет. Но, открыв дверь, придержал ее, пропустив в кабинет Настю с подносом в руках.

— Прошу прощения,что прерываю ваше совещание, но Петр Константинович просил принести кофе и выпечку. Перекусить.

Алферов сердито глянул на Петра и вздохнул. Сорокин, напротив, усмехнулся.

— Вы будете кофе? Или чай? — Настя вопросительно посмотрела на генерала Рохлина. — Я на всех сделала.

— Нет, Анастасия Викторовна, я сыт, — вежливо отказался Рохлин и, улыбнувшись девушке, вышел.

— Анастасия Викторовна, давайте я помогу вам! — Петр вскочил и, как это у него всегда получалось — нечаянно — поддал рукой в дно подноса. Чашки посыпались, кофейник опрокинулся на пол, в черную лужу на паркете попадали булки. Вазочка с печеньем тоже опрокинулась на пол, и Петр — снова нечаянно — наступил на печенье, раздавив его в крошки. По белоснежному шелку Настиной блузки расползлись коричневые кофейные пятна.

Петр выхватил из кармана платок и промокнул пятна, но так как брызги попали на одежду в район груди, девушка смутилась еще больше.

— Петя, сядь, — потребовал я. Встал, крепко взял ботаника за плечи и, приподняв от пола, отставил в сторону. Потом забрал из рук секретарши поднос, присел и быстро собрал осколки чашек и остатки булок на него.

— Анастасия Викторовна, не расстраивайтесь так, бывает, — попытался успокоить пунцовую, как летние маки, девушку. — Просто в следующий раз не подходите близко к Петру Константиновичу.

— Спасибо, — пролепетала Настя, бросив испуганный взгляд на Сан Саныча. Сорокин наблюдал за всем этим с таким видом, будто собирается устроить разнос. Вот только кому? Петру или Насте? Скорее всего, Насте. Вчера Петр поставил целый район и дежурного по городу на уши своей сигнализацией, Сан Саныч только поржал. А здесь всего-то — опрокинутый кофейник и разбитые чашки. А у него такой вид, будто он собирается сожрать бедную девочку.

Я помог девушке выйти из кабинета, закрыл за ней двери и вернулся на свое место. Сорокин смотрел на меня странно, будто прикидывал что-то — на будущее.

Жорес Алферов с минуту молча смотрел на закрывшуюся за девушкой дверь. Потом со вздохом произнес:

— Видно, не судьба попить кофе… Ладно, вернемся к нашим вопросам. Дело в том, что я разговаривал с проводником два месяца назад. Едва уговорил его показать нам место. Он сейчас в монастыре, монах.