Книга Одинаковые. Том 6. Революция, страница 85 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Мы попрощались с семьей, извинившись за срочный отъезд. Мама только грустно покачала головой, привычно шепнув:

— Берегите себя, сынки.

Уже через двадцать минут мы мчались на «Барсе» в сторону порта. За нами следовали два грузовика с бойцами. Город встретил нас тревожной тишиной. На набережных было непривычно пусто. Лишь когда стали подъезжать со стороны Гутуевского острова, стало видно зарево пожара и послышался гул толпы…

Подъехав к порту, мы стали свидетелями, как обезумевшая толпа из трех-четырех тысяч человек рвалась к складам, которые пытались защитить немногочисленные работники купцов. Вероятнее всего эти молодчики служили в грузчиках или охране, вот их и отправили на защиту имущества. Картина была страшная — люди ломились в ворота, уже кое-где валялись разбросанные ящики, слышался гул голосов, переходящий в сплошной рев. А неподалеку что-то уже горело.

Мы остановились метрах в ста от основной массы. Толпа, словно единый живой организм, почувствовала наше присутствие и стала разворачиваться от атаки на склады к новым действующим лицам.

Из машин сопровождения посыпались бойцы и взяли нас в плотное кольцо. Никита стоял слева, Леха — справа, Сталин чуть позади меня. Но, по существу, нас было так мало, что при желании эта толпа реально могла нас снести и не заметить — было бы, как говорится, желание.

Из толпы начали раздаваться выкрики:

— Довольно нас обманывать! Хлеба нет, а вы тут законы новые придумываете!

— Голодом морите народ! Опять барские порядки возвертать хотите!

— Где хлеб? Где мука? Вам-то все равно, вы всегда сытые и с марафетом!

Я еще при выезде отправил одного бойца с приказом доставить в этот район максимальное количество «Захаров» с сухими пайками. К черту! Раздадим несколько тысяч и успокоим народ. А уже потом разберемся, что на них так подействовало.

Сталин, не говоря ни слова, забрался в кузов одного из «Захаров», встал во весь рост, снял фуражку. Его узнали почти сразу — по толпе прошел ропот. Он поднял руку, требуя тишины, но крики не утихали.

— Хлеба дайте! — неслось из первых рядов.

— Товарищи, внимание! — твердо сказал Сталин, его голос пробивался сквозь шум. — Не поддавайтесь на провокации. Все есть в достаточных количествах: и хлеб, и мука, и картофель. Голодными — никто не останется. Мы контролируем ситуацию с продовольственной безопасностью по всей России.

Толпа затихла на мгновение, но тут же снова взорвалась:

— Опять обещания! Мы слышали уже!

— Где этот хлеб? Покажите!

Я запрыгнул в кузов, кивнул Сталину.

— Сейчас подвезут, — сказал я громко. — При наличии документов сможете получить по одному сухому пайку в руки, под запись. Половина стоимостибудет вычтена из вашей зарплаты. При получении указывайте место работы, если оно не отмечено в документе. Если безработные так и говорите.

Из-за угла уже подходили первые «Захары» с пайками. Бойцы начали выгружать ящики, складывать их прямо на землю. Народ смотрел с недоверием, однако уже без прежней ярости. Первые смельчаки потянулись к грузовикам.

— Видите? — сказал Никита, обращаясь к толпе. — Еда здесь. Никто вас морить голодом не собирается. Давку не создавать, товарищи! Получить можно только по одному в руки! Если будет беспорядок, то выдачу прекратим — и вместо этого, — брат показал на ящики с сухими пайками, — приедет полиция!