Книга Одинаковые. Том 5. Атлантида, страница 6 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Надеюсь, что инструменты, появившиеся в его руках, а также знания и опыт, что ему удается получать в относительно спокойной обстановке, позволят в конечном счете в будущем избежать множества ошибок. А самое главное сократятся потери, как людские, так и экономические, которые в результате революции и гражданской войны понесла наша страна. Да, что греха таить, и после революции большевики ошибок много наделали, в частности в нашей истории Сталин их был вынужден исправлять практически всю свою жизнь. А здесь хотя бы появится шанс, что все может пойти другим путем. Есть риск в том, что это может быть совсем другой человек, не прошедший множество испытаний, и более мягкий что ли. И я это прекрасно понимаю, но, поставив на весы двух разных Джугашвили выбираю этого, образованного, опытного молодого человека. Рукой его, кстати, постоянно занимались врачи, так что последние годы она практически его и не беспокоит. Если кто не знал о таком недуге, то и не понял бы при первой встрече. В общем и целом, маховик перемен, запущенный нами, набирает обороты уже самостоятельно, хотим мы того или нет. Да и признаться с самого начала нам хотелось все организоватьпохожим образом. А к чему это приведет покажет только время. Нам же сейчас пора погрузится в решение технических задач связанных с тайной всех времен и народов — Атлантидой.

Наши познания в истории подводного судостроения на начало 1900 года были весьма скудными. Мы располагали лишь обрывочными сведениями о существовавших на тот момент российских разработках, а именно о лодках Джевецкого. Он пытался наладить серийный выпуск малых субмарин, приводимых в движение мускульной силой экипажа. Погружались они всего на десять метров, имели черепашью скорость в два с половиной узла и несли на вооружении пироксилиновые мины. Еще в тридцатых годах, то есть лет шестьдесят-семьдесят тому назад, в России создали первую цельнометаллическую подлодку по проекту Шильдера, оснащенную первым в мире перископом и шестовыми минами.

Из зарубежных проектов выделялся Саймон Лейк, в девяносто седьмом году реализовавший лодку «Argonaut Junior» в деревянном корпусе треугольной формы, со специальным оснащением для движения по дну. Были известны и проекты Холланда — уже с более серьезным водоизмещением, длиной порядка восьмидесяти футов и комбинированной силовой установкой. Шведы же по проекту Норденфельда изготовили подводный аппарат с паровым двигателем, способный двигаться под водой на перегретом паре. Правда, дальность такого хода составляла всего шестнадцать миль, а под водой этот агрегат мог находиться не более двух с половиной часов. В общем, все подводное кораблестроение на рубеже веков находилось лишь в зачаточном состоянии. Удивительно, что свое первое веское слово субмарины скажут уже во время грядущей мировой войны, до которой оставалось всего-то лет четырнадцать-пятнадцать.

Общие тенденции развития были очевидны: все изобретатели стремились перейти от деревянных конструкций к металлическим, экспериментировали с внедрением электрических двигателей, развивали системы погружения и всплытия, изучали и тестировали торпедное вооружение. Ну и, конечно же, совершенствовали системы жизнеобеспечения, дабы увеличить время нахождения аппарата под водой. Проблемы тоже у всех были схожие: чрезвычайно малая автономность, низкая подводная скорость, неполадки с силовыми приводами и сложность управления на глубине. Уже сейчас становилось ясно, что будущее за развитием дизельныхдвигателей, электрических систем, регенерацией воздуха, а также за совершенствованием торпедного вооружения, навигации и наблюдения. Время подводных лодок как таковое еще не пришло, но его заря уже занималась на горизонте. Пока же практически все существующие аппараты предназначались для прибрежного патрулирования и обороны портов.