Книга Одинаковые. Том 5. Атлантида, страница 54 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Романовский, поняв, что мы не остановимся и говорить придется, пошел на сотрудничество. Он предоставил полную дорожную карту всех ячеек ложи в России: тайные адреса, кодовые слова, порядок связи. Эти сведения оказались в будущем бесценными для Андрея-Феликса — по ним он зачистит оставшиеся ячейки.

Всех пленников вывезли в лес. Когда очередь дошла до генерала, он стоял перед свежей ямой и, глядя прямо на меня, сказал:

— Вы так и не узнали главного. Артефакты, которые вы ищете…

Его слова оборвались звуком выстрела. Романовский рухнул, а я невольно задержал дыхание.

— Твою мать, что этот урод хотел сказать!

Олег, сделавший выстрел в затылок генерала из пистолета с глушителем, услышав мои слова, растерялся. Видимо понял, что накосячил.

Последняя фраза засела у меня в голове. Что он имел в виду? Какие артефакты? Те, что у нас или другие? А если про наши, то зачем это мы их ищем?

Черт побери, вопросов больше, чем ответов. Эта ночь изменила многое, но главное — она добавила неопределенности. Ответы на новые вопросы нам еще предстоит найти.

Сегодняшнее утро началось с похорон. Мы прощались с Николаем Зориным, одним из лучших бойцов нашего боевого крыла, павшим от пули охраны генерала Романовского. Церемонию провели в маленькой часовне «Белого Ветра», без лишней помпы, но с воинскими почестями. Гроб опустили в землю на небольшом погосте, на котором уже было два креста. За время существования приюта мы попрощались с двумя инструкторами, бывшими отставниками, для которых «Белый ветер» стал вторым домом. Все бойцы боевого крыла присутствовали здесь, парни стояли молча, опустив головы, глядя на свежий холм, каждый с болью прощался с боевым товарищем.

Это первая потеря за все годы. Даже в Англо-бурской войне нам удалось обойтись без убитых. Теперь всем стало ясно: игры кончились, все по-взрослому. Я сказал короткую речь, и мы разошлись. Николай останется в нашей памяти. Конечно, когда мы создавали «Белый Ветер», то прекрасно понимали, что потери неизбежны, но как же чертовски больно проходить через них.

Возвращение к работе после этого давалось с трудом. В воздухе витало эхо недавней ночи: выстрелы, лица французов, последний хрип Романовского. Но останавливаться было нельзя. Все силы брошены на доведение батискафа «Нептун» до идеального состояния. В голове засела последняя фраза генерала: «Вы так и не узнали главного, артефакт, который вы ищете…» Что он хотел этим сказать? Этот вопрос грыз нас с братьями изнутри, но ответа не было.

Мы сидели в кабинете и в очередной раз перебирали чертежи батискафа и модернизированного грузопассажирского судна «Святогор», задача которого — доставить нас на Канары и стать во время исследований базой. В этот момент я подумал, что на нем нет абсолютно никакого вооружения, и необходимо решить этот вопрос. Конечно, в боевой корабль мы его не превратим, но отбиться от пиратов у нас должна быть возможность. И тут мы вспомнили про пушки Гочкиса, которые в свое время ставили на джонку. Это проверенные скорострелки, способные выпускать до тридцати выстрелов в минуту. Они вполне могли бы дать достойный ответ небольшому пиратскому судну. Думаю, одного такого орудия на носу и одного на корме хватит, чтобы у «Святогора» появились зубы.