Книга Одинаковые. Том 3. Индокитай, страница 53 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Столешница, которую осветил свет керосинки, была расчерчена на шестнадцать квадратов, на каждом из которых были высечены какие-то символы или буквы. Все это было похоже на какую-то клавиатуру каменного века. Моя память услужливо выдернула из своих глубин эти символы, ведь именно их мы видели на той самой карточке Саитова, за которой, как оказалось безрезультатно гонялись лягушатники.

Итак, что же мы видим на этом столе? Похоже на некий шифр. Всего здесь имеется 16 кнопок с 16 символами, надо чисто гипотетически нужно нажимать на них в какой-то определенной последовательность. Теперь я начинаю понимать, почему лягушатники не смогли разгадать этот шифр без той самой карточки.

Выходит, что если требуется нажать на каждую из 16 кнопок в определенной последовательности, в неизвестном порядке, то вариантов решения этого ребуса будет просто сумасшедшее количество.

Никита с Лёхой попытались войти в режим Горыныча, что без третьего брата было менее эффективно, но тем не менее схема по-прежнему худо-бедно продолжала работать.

И проведя небольшой математический анализ, выяснили, что существует около 20 триллионов различных вариантов последовательности нажатия этих 16 кнопок; такое количество комбинаций делает взлом практически невозможным. Ну а при очень быстром переборе всех вариантов потребуется несусветное количество времени — да, хоть 10 поколений этого Де ла Круа будут стоять и тыкать разные кнопки, ничего этим они не добьются.

Вон Лёха приметил в углу стопку каких‑то бумаг, открыв которые увидел записи; видимо этим и занимались лягушатники, но бумаги уже были потертые и застарелые. Видимо давно Анри забросил мысль вскрыть шифр методом подбора.

Но у нас-то был ключик, и сейчас мы им воспользуемся! Для того, чтобы набрать шифр, сама бумажка, на которую по памяти были перенесены символы с карточки, не понадобилась. Ведь память, доставшаяся при появлении в этом мире, прекрасно воспроизводит все последовательности написанных на ней символов. Глядя на этот стол и иероглифы, нанесённые в правильном порядке, понял, что именно 16 символов, ранее определяемых мной как непонятный текст на неизвестном языке имелись на той самой карточке.

Лёха стал последовательно нажимать на кнопки этой каменной клавиатуры. После каждого нажатия происходили щелчки: после первого — один, после второго — два, ну и так далее. Когда добрались до пятнадцатого, пришлось ожидать приличное количество времени, так как между щелчками было время ожидания порядка двух секунд. И вот осталось вдавить последнюю клавишу. Лёха, поддаваясь инстинктам, перекрестился и нажал на неё.

И вот, после нажатия, мы стали отчитывать щелчки: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10. Сердце замерло в ожидании неизвестности. 15, 16.

Сначала послышался тихий скрежет. Это стальные зубцы начали сцепляться друг с другом. Затем под постаментом медленно сдвинулся пол на несколько сантиметров. Тяжёлые противовесы, скрытые в толще камня, начали своё движение. Постепенно весь механизм заработал как отлаженные часы. Ранее незамеченные зубчатые колеса в стенах стали вращаться. Послышался лязг каких-то тяжелых цепей и очень медленно массивная плита, скрытая в стене, да по сути дела это и была вся стена, стала отодвигаться в сторону. Она двигалась по специальным направляющим рельсам, смазанным неизвестным веществом, которое не высохло за века.