Книга Одинаковые. Том 2. Гимназисты, страница 41 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Сначала обследовали стол на предмет скрытых нычек, знаю обычно такие любят устраивать в массивных местах — например в столешнице, ножке или делают второе дно в выдвижном ящике. В общем вариантов море и каждый специалист подобного толка сам придумывает во что горазд. На краю столешницы я приметил небольшую потертость с правой стороны, то есть если схватить за нее правой рукой вот так, и делать это часто, затрётся деревяшка. Осмотрев внимательно это место, стал искать как вскрыть тайник. Больно не хотелось такую красоту портить. В общем мы с братом ползали вокруг, наверное, битый час, уже психовать стали. Так ни чего и не получалось, в конечном счете Никита, вылезший из-под стола весь в пыли, выругался не по-детски и ударил кулаком по столешнице. В этот момент раздался характерный щелчок и в том самом затертом месте отъехала планка, открыв доступ к маленькому тайничку. Короче там была найдена связка ключей и все. Но зато она открывала все шкафчики на секретере, и еще было два неизвестных ключа, которые видать отпирают еще более секретные двери. Мы с Никитой громко расхохотались, представив, как распутав весь клубок открываем последнюю дверь и оттуда выходит Карабас–барабас. Ха–ха. Что за детство заиграло, не пойму начались какие–то перепады настроения, возможно, перестройка организма подростковая началась. Эх не влететь бы в какую передрягу с такой перестройкой, а то нашим приключениям и Горбачев позавидует.

Самым интересным, и загадочным, из того, что было найдено в комнате оказалась непонятная шкатулка с секретом. Похоже это какая–то старинная работа. Я читал про подобные кольца, что использовали латиняне в Ватикане, да еще венецианцы грешили подобным.Там в кольцо заливался яд. И человек мог развернуть или убрать иглу, что пронзала руку, которая здоровается с хозяином украшения. Вот, а тут шкатулка с хитрым кодом, признаться если бы не мое терпение да абсолютная память, позволяющая запоминать комбинации, то я ни в какую бы не открыл его. А вот когда два раза последовательно ошибаешься в шифре, смахивающем отдаленно на современный замок у чемодана, то с двух боков, там, где как раз руками держишь за стенки происходит выброс игл. Подразумевается, что они нанесут любопытному укол с ядом. Маленькую емкость для яда, буквально миллиграмм на пятнадцать я нашел внутри, когда открыл ее. Слава богу емкость с ядом была пуста, а то ведь из-за своего любопытства меня одна игла не сильно, но зацепила. Видимо давно туда не заливали ничего отравляющего. И диагноз, умер от любопытства, доктор мне не поставит.

В этой шкатулке была картонная карточка с нанесенными на нее непонятными символами. Знаете, очень похоожа на визитную по фактуре, картон такой, но раза в два больше. Даже не могу сказать, что это такое, то ли какой–то древний язык типа шумерского, или арамейского. Я, по правде говоря, в них ни черта не разбираюсь. То ли это просто какой–то местный шифр, разработанный между отдельный группы людей, для каких–то целей. Вот, например этот купец, мог состоять в такой закрытой группе ну и переписываться. Думаю, что более точно смогу ответить, когда дойдут у нас руки разобрать все документы. Но могу сказать честно будет это не скоро.

На следующий день, свободный от сдачи испытаний в гимназию, а осталось еще лишь два раза пройти через мягкую экзекуцию, и считай мы в выпускном классе, занялись домом. Расскажу про ту самую завиральную идею, что хочу реализовать.