Книга Одинаковые. Том 1. Адаптация, страница 88 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

За окном мелькали верстовые столбы, приходилось преодолевать переправы, где-то они были оборудованы отлично, а где-то для переправки приходилось самим помахать топором, чтобы обоз смог переправиться. Еще был участок на пару верст с заболоченной местностью, и несмотря на то что уже хорошо подмораживало, преодолевать ее по гати было тяжело. Мы максимально облегчили фургон идя рядом, а после преодоления этого испытания пришлось долго сушиться и отогревать лошадей, дабы не погубить в дороге. некоторые лошади обморозили ноги в холодной воде, и пришлось их менять на ближайшем постоялом дворе с большой доплатой. Хорошо, что нас эта участь минула. А еще в этот раз мы ощутили все прелести дома на колесах, пока наши попутчики жались к кострам, в попытке прогреться, в нашем фургоне уже было хорошо натоплено, а Леха за время пути приготовил похлебку. Так что вкусив горячей пищи мы были быстро готовы к дальнейшему пути, в отличие от остальных. Эгоистами не стали, и отогрели у себя несколько самых обмороженных бедолаг, один из которых во время перехода оступился с гати, и ушел с головой в ледяную воду. Надеюсь он доберется до Иркутска, если конечно не подхватит на фоне переохлаждения какое-нибудь воспаление легких.

Когда мы приблизились к берегу Байкала, нам открылся удивительный вид. В прошлой жизни я много раз был на этом уникальном озере, и каждый раз с большим желанием возвращался вновь. Не смотря на большое количество производств в двадцатом веке, появившихся рядом с озером, даже и тогда оно было прекрасно, что же говорить о веке девятнадцатом. Сейчас этот кусочек природы еще девственно чист, нет никаких опасных сливов, да и просто толпы отдыхающих не засоряют берега водоема пластиковыми пакетами и пустыми бутылками. Как бы мне хотелось, чтобы так было всегда. Но плода руку на сердце понимаю, что прогресс не остановить и увы больше всего достается природе.

На берегу озера мы сделали остановку на день. Нужно было прийти в себя и хорошо передохнуть перед завершающим переходом. В этом месте тракт удойно проходил возле низких, удобных берегов. Здесь же стоял небольшой постоялый двор для путников, в котором можно было как поспать, так и смыть дорожную пыль в бане. Кузьмич договорился с трактирщиком, и передал скопившиеся грязные вещи в постирку, а мы разместилисвой фургон немного в стороне на живописном берегу, планируя на ночь переехать поближе к караванщикам.

А пока, разлив по кружкам горячего сибирского отвара, прикупленного по случаю у каких-то бурятов в Верхнеудинске, я постарался отрешиться от всех мыслей и дать отдых своим нервам. Что не говори, а темп жизни, в которую я так неожиданно влился оказался просто сумасшедшим. Точнее сумасшедшим для жителей девятнадцатого века. Мне же, как представителю другой эпохи он казался нормальным, тем не менее морально я подустал. И теперь огромное озеро, образованное здесь много тысяч лет дарила мне свою энергию.

Пока мы с братьями предавались медитации, глядя на набегающую байкальскую волну, попивая бурятский травяной сбор, не заметил как к Егору Кузьмичу потешил коренастый купец, с большой бородой. Я не сразу заметил их диалог, а когда Кузьмич заметил внимание с моей стороны, он махнул мне рукой, подзывая. Познакомились, звали купца Тихон Евстигнеевич Миров, он уже в третьем поколении занимается мехами. Скупает в определенных поселениях местных аборигенов по всему тракту, и отправляет пушнину в европейскую часть империи. Как правило Тихон довозит товар до Екатеринбурга, где передает его старшему брату, отвечающему за конечную реализацию. Есть несколько лавок в столице, Москве, Казани, Нижнем Новгороде и Екатеринодаре. Вообщем семейный торговая подряд, а по сути торговая компания, с достаточно разветвленной структурой, есть даже пошивочный цех, где из мехов делают изделия — шапки, шубы и прочее. Как оказалось интерес Тихона появился после перехода по гати, когда мы отогревались. Оказалось, человек которого мы отогрели в своем фургоне и отпоили горячим целебным отваром жив здоров, отделался легким испугом и незначительным насморком. Чему купец был очень рад и благодарен, за что принес Кузьмичу в подарок две собольи шкурки. Конечно же мне в процессе пришлось провести более детальную экскурсию по нашему дому на колесах, что стало уже привычным за время путешествия. Не знаю как и когда, но мне показалось что этот ушлый кержак запланировал лично посетить Анисима и сделать заказ. Есть что-то все-таки авантюрное в этих сильных духом простых, но все-таки чертовски авантюрных людях, вот взять даже тех купцов, что повстречались нам на пути, а если вспомнить Хабарова, Дежнева, Ермака и иже с ними. Не было бы этих железных людей, была бы история такой как я ее помню в будущем? Но это риторический вопрос, это я что-то растекаюсь мыслью по древу. А между тем, пора передислоцироваться с озера к стоянке обоза.