Книга Одинаковые. Том 1. Адаптация, страница 7 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

--

Вот уже 7 лет как очутился в новом теле-телах, ох вроде столько времени прошло, а в формулировках не разберусь. Из ребенка благодаря регулярным тренировкам и занятиям мы стали превращаться в подростков. Ростом на голову обгоняли своих сверстников и по фигуре силу в теле тоже можно было определить сразу. Мы были как две три капли воды похожи друг на друга. Русые прямые волосы, которые летом обычно выгорали, прямой нос как у матери серо-зеленые глаза и правильные черты лица. Я посмотрел в маленькое мамино зеркальце и задумался.

Как прошли эти годы? Да как, весело было, я наслаждался детством сполна. Конечно, по мере взросления стали поручать задачи по хозяйству с живностью, на огороде, но ничего трудного и тяжелого. Каждый день начинался с пробежки и к 7 годам бегали каждое утро по 5–6

верст, наматывая круги вокруг нашей станицы. Соседские дети смотрели удивленно, взрослые тоже не могли понять зачем это нам.

Еще с трех лет дед стал приучать нас к седлу, и к за четыре года мы уверенно научились держаться, правда, чтобы залезть использовали плетень или подставку, смастеренную дедом. Жаль, что лошадь в семье была только одна.

Вот уже год как я стал усиливать тренировки, кроме бега стал добавлять рукопашку, отрабатывая в новых телах навыки, полученные в прошлой жизни. Голова все это прекрасно помнила, но тут нужно наработать рефлексы, ведь тело то новое.

Как-то взяв небольшой засапожный нож у деда попытался его метнуть и получилось со второго раза воткнуть его в чурку. Дед, когда это увидел крякнул и принес три ножа с хорошим балансом и дал каждому. Это конечно не метательные ножи в современном понимании, но уже что-то. С этих пор я начал вспоминать прежние навыки и усиленно тренировать суставы и связки. Так уже к 6 годам смог (в смысле смогли все три «Я») метать ножи на дистанцию 5 саженей (около 10 метров). Нож при этом втыкался в мишень с мою ладонь 8 из 10 раз.

Наше подворье располагалось на краю станицы, от плетня до начала леса было не больше 20 метров. Поэтому мы тренировались с ножами в основном на заднем дворе. Дед соорудил нам 3 мишени из осиновых спилов. Я углем размечал их, чтобы было похоже на цель, и мы до одури тренировались, доводя свои движения до автоматизма.

Каждый раз, когда я берусь за что-то новое и пытаюсь согласовать свои действия с разтроенным сознанием у меня начинала болеть голова, так и с метанием ножей было. Пришлось попотеть несколько месяцев, прежде чем головная боль от одновременного, поочередного метания ножей прекратилась. И В результате стал приучать себя к контролю трех целей сразу.

Мать, увидев нас как-то отодрала задницу прутком, и забрала ножи. Дед на следующий день спросил меня почему не тренируемся. Любил он смотреть за нашими занятиями, да и гордился было видно, даже стариков разбойников несколько раз приводил смотреть. Узнав, что мать отняла у нас ножи пошел ругаться и довел ее до слез, но все-таки вернул их нам, а мать с тех пор больше вопрос этот не поднимала.

Скоро лето, дороги стали просыхать, и мы опять возобновили ежедневные пробежки. На период распутицы приходилось все-таки их прерывать, не хотелось кашу месить. К новому сезону попросил у мамы сшить три жилета, которые набил песком, получилось на 3–4 кг, думаю такого утяжеления для начала будет достаточно, а там посмотрим.