Книга Военный инженер товарища Сталина 3, страница 29 – Анджей Б., Виктор Жуков

Повернулся к полковнику:

— Герр Штраус, проводите, пожалуйста, Ханну в комнату отдыха. Вечером встретимся в мастерской фрау Кролль.

И, попрощавшись, поспешил к коммутатору внутренней связи, предупредить Еву Браун, что к ним прибыла Ханна Райч, знавшая Еву в лицо.

Фрау Кролль, напротив, нисколько не огорчилась, что их пребывание здесь станет известным легендарной летчице. По сути, они давно знали друг друга. Единственным сюрпризом для летчицы будет то, что она увидит фюрера с супругой здесь — в Антарктиде.

«Интересно, — думал фон Риттен, передавая беседу с Ханной Райч Еве Браун, — а узнает ли эта любимица фюрера в измененной внешности своего кумира? Узнает великого диктатора нации?»

Потом оборвал сам себя: «Ну, если рядом будет Ева Браун, которую она отлично знает в лицо, то нетрудно будет догадаться, кем приходится ей герр Кролль. Вот будет забавно, когда они предстанут друг перед другом…» — хмыкнул комендант Базы-211, положив трубку внутренней связи.

Спустя полчаса, всех членов экспедиции расселили в правом крыле подземного комплекса. Соседями был штат обслуги Новой Швабии.

…Предстоял ужин у супружеской четы Кролль.

* * *

На удивление всех присутствующих, Ханна Райч н показала за ужином, что имеет честь быть знакома с фюрером и Евой Браун. Очевидно, узнав от коменданта Базы о прибытии гостя, фрау Кролль связалась с ней по внутреннему коммутатору, попросив не разглашать их инкогнито. Так или иначе, после взаимных приветствий, во время которых легендарная летчица всячески подчеркивала свою любезность, всех пригласили к столу. Судя по реакции Ханны, Гитлера она действительно не узнала. А тот в свою очередь вел себя, будто встретил ее в первый раз.

Сели за стол. Инкогнито четы Кролль было необходимо, так как присутствовали посторонние лица. Кроме фон Риттена, справа от хозяйки стола сидел конструктор Шаубергер. Слева полковник Штраус. Адъютант фюрера адмирал Путткамер и домашний комендант Канненберг замыкали угол стола. Между ними восседала почетная гостья Ханна Райч. Был приглашен и личный пилот фюрера Ганс Баур. Прислуживали люди из команды обслуги камердинера Гейнца Линге. За соседним столом ожидали указаний адъютанты Шмундт и фон Белофф. Водитель Эрих Кемпка был готов по первому желанию гостей, прокатиться на снегоходах во льды континента четырех дам: Ханну Райч, Еву Браун и обеих супруг чиновников Базы — фрау Риттен с фрау Штраус. За столом царила дружеская атмосфера доверия. Два учёных, прибывшие с Ханной Райч, завели беседу сразу со всеми участниками ужина. Один из них рассказал предпосылки появления изыскательской миссии в их узком кругу.

— Дело было так, — объяснял ученый. — В начале тысяча девятьсот тридцать девятого года к берегам Антарктиды пришло судно «Швабенланд». Опытного арктического капитана и пилота Альфреда Ричера — советника верховного командования кригсмарине — Геринг послал так далеко не ради пафоса. И даже не для поисков следов немыслимых культов древних народов у Хребтов Безумия по просьбе оккультистов из Аненербе. Нам, то есть, рейху, требовались киты. Да-да, господа. Кит — это не только ценный ус и много мяса, но и ворвань. Иными словами жир, полезный для успеха четырёхлетнего плана строительства национал социализма. Из него можно делать смазки. Рём и его фирма давно и фатально познакомились с длинными ножами Гейдриха, но в рейхе хватало и других потребителей. В том числе в промышленных масштабах. Еще из ворваниизготовляли маргарин и глицерин. От глицерина шаг до нитроглицерина — а это уже взрывная польза для народного хозяйства. И вермахта заодно. Эскадра из пяти десятков рыболовных судов и семи китобойных баз постоянно искала китов между антарктической землей Королевы Мод и Южной Африкой — после того, как англичане изгнали нас из окрестностей Фолклендов. В кейптаунском порту, равно как и в прочих британских владениях, наших моряков ждали с не слишком распростертыми объятиями. Приходилось выкручиваться. Вот и созрел хитрый план создать стоянку для китобоев на антарктическом берегу. «Швабенланд», принадлежавший «Люфтганзе», нёс на борту пару гидросамолетов «Дорнье». Что было полезно не только для исследования антарктических просторов, но и для проверки работы нашей авиатехники в условиях крайнего севера. Ведь впереди были и Норвегия, и советское Заполярье. Не забывайте, я сейчас говорю о тридцать девятом годе. Приближалась мировая война.