Онлайн книга «Военный инженер товарища Сталина 2»
|
Юрген послушно остался. Бродяга, меж тем, наклонился над баком. Играя роль голодного нищего, принялся рыться в отходах. Никого не удивляло, что кто-то копается в мусоре. В осажденном Берлине это считалось нормальным явлением. Найдя необходимое, знакомый немцу подпольщик, как ни в чем не бывало, проследовал дальше, всем видом показывая, что ищет следующий бак для отходов. Контакт состоялся. Проводив подпольщика взглядом, Олег с Юргеном прождали еще с пару минут, наблюдая за улицей — нет ли слежки. Все обошлось. Записка доставлена. Теперь предстояло вернуться сюда на следующий день. За ответом. Назад шли тем же путем, через люк. Три часа пешим ходом в подземках Берлина. Вернулись почти к ужину. Усталые, с позывами голода, и полными радостных новостей. С порога сразу засуетилась Кэт — как её называл Герхард. Накрыла на стол. Собрались все семеро, считая и нас с Борькой. Тут-то Олег и рассказал их одиссею контакта. Юрген описал внешность подпольщика. — Вальциг, — узнал по наброскам Герхард. — Мой знать его тоже. Из соседний подполья. Их главный штаб находиться в руинах речной вокзал. — Есть у них рация? — тотчас спросил я. — Как можно связаться? — Раций есть. Стационарный, мощный, большой. Держать связь с фронтом. — Ох, ёптыть! — взвился Борька. — Так мы можем через них связаться с нашим командованием? — Так есть. Яволь. Там передатчик сильней наш тут. Они связан с русский фронт. — А-а? — залихватски заорал мой боец. — Ур-ра-аа! Меня самого на почве радости скрутило, что называется, в бараний рог. Борька едва не пустился в пляс. Подскочил к Катерине. С размаху запечатлел поцелуй, сгреб в охапку, отчего та притворно ойкнула. Разлил по кружкам шнапс. Врезали по сто грамм — за состоявшийся контакт. — Теперь ждать двадцать ноль-ноль, — бросил взгляд на часы Герхард. — И выйдем на связь с их передатчиком? — Борька не отпускал Катерину, кружась в бурном танце. — Так есть. Яволь. — Ура-аа! Козочка моя, ты понимаешь? Я заберу тебя в наши войска. Туда! — махнул он рукой, прижавшись к талии, — за стены Берлина! До сеанса радиоконтакта оставалось сорок минут. На случай нашей голосовой связи с Ильей Федоровичем, я набросал план вопросов, которые предстояло обсудить. Как держать контакт со связным? Когда в город войдут войска? Все ли мои разработки новейших технологий продолжают использовать в армиях? Как там наше КБ — Королёв, Ильюшин, Яковлев? Как Павел Данилович Гранин? Как Власик, как сын Василий, как сам Сталин? И, наконец, черт вас возьми, когда нас отсюда, собственно, вытащат? Все это я набросал на бумаге. Двадцать ноль-ноль. Время сеанса настало. А в этот момент, в рейхсканцелярии происходило следующее… * * * Борман рвал и метал. Гиммлер только что доложил, что его помощник Отто Скорцени, возвращаясь из Антарктиды от фюрера, попал в засаду к повстанцам. Попал в Штутгарте. Успели передать по связи, что, приземлившийся с ним самолет подвергся атаке. Выживший в диспетчерской башне оператор успел передать номер и борт самолета. Сопоставив маршрут и номер рейса, Гиммлер сразу смекнул, что Скорцени в руках патриотов. С этим и пришел на прием к Борману. Теперь оба всесильных хозяина нации в отсутствии Гитлера решали, как вызволить из плена их подчиненного. Он должен был предоставить верхушке рейха все сведения, что касались Базы-211. Заодно, как полагал Борман, Скорцени вез им приказ фюрера, снарядить очередной караван субмарин. Для чего? Для доставки на ледяной континент всего необходимого, включая оборудование, редкоземельные металлы и прочее, прочее, прочее. Исключительность этого каравана была в том, что он должен был стать последним. |